Книга Инженер для инквизитора, страница 146 – Анна Швыркова

— Это что-то из твоего старого мира?

— Да. Здесь такого нет и мне понадобиться время чтобы все устроить и уговорить инквизитора, но я думаю это сработает.

Рехал хмурился, глядя на нее, но отказываться не спешил.

— Я ничего тебе обещать не буду, пока ты не расскажешь в чем заключается твоя идея.

Это было справедливо и Марине пришлось рассказать ему то,что она задумала. По крайней мере основную часть.

Исправительный дом святого Сильвана они успели достроить как раз к началу заморозков.

Каждый раз как Марина заканчивала какой-то проект, то еще долго после окончания строительства приходила к нему и любовалась. Смотрела с гордостью как художник смотрит на законченную картину или скульптор на статую. Не было в этом взгляде никакого акта самолюбования скорее гордость и радость от хорошо проделанной работы. Да и в старом мире, когда проезжала мимо зданий, которые построила всегда неосознанно выпрямляла спину.

Тюрьмой получившееся здание теперь язык не поворачивался назвать. Это был именно дом. Дом для тех, кто ошибся и пошел по неправильному пути, но хочет и стремится к тому, чтобы начать обычную спокойную жизнь.

Все стены снаружи и во внутреннем дворе были выложены белой каменной плиткой. Не практично, но Марина настояла на том, чтобы не было никаких темных цветов. Внутри все коридоры и камеры — то есть теперь уже комнаты — были выкрашены в бежевый. Решетки на окнах были утоплены внутрь и издалека казалось, что это декоративные фальш-рейки на стеклах.

Всю крышу занимала оранжерея, пока еще пустая, но уже украшающая здание словно сверкающая корона. Правда лишь две секции были магическими, в которых можно было что-то выращивать даже лютой зимой, но тут уже ничего не поделаешь. Остальные четыре были под действием агалдура и поскольку его радиус на магические предметы и на живых магов был разным у них был выбор отдалить агалдур и оставить слепые зоны для заключенных, но сделать оранжерею, либо же отказаться от нее, закрыв агалдуром все необходимое пространство. Понятно, на что пал выбор, но даже в этих четырех секциях уже можно выращивать что-то с ранней весны до поздней осени и это тоже неплохо.

Еще Марине пришлось сильно поломать голову над тем, как защитить окна оранжереи от ловцов молний. Один удар по стержню и со стеклом можно распрощаться. Но тут уже на помощь снова пришел Тац, предложив попробовать обмазать стержни тем же травяным соком, что и провода. Эксперимент проводили на том же поле, где заряжали контейнеры, и он… провалился.

Сила заряда была такая что обмазка тут же ссохлась и растрескалась, а стоящие вертикально на разном расстоянии стекла лопались как конфетти, только самые дальние выдержали и всего лишь потрескались. Скрипя зубами, сердцем ивсеми суставами Марина приняла решение защищать стержень бетоном. По всем трем этажам вплоть до подвала металл и так был встроен в стены, как и любой молниеотвод, но теперь еще у них появились четыре одиноко стоящие колонны на крыше.

Скрепка у гоблинов была, щебень раздобыть не проблема, как делать опалубку Марина подсказала и вот среди воздушного стекла как бельмо на глазу стоят круглые бетонные колонны. Убожество.

Тац видя ее расстройство и вечно искривленные губы, когда она смотрела на это, по собственной инициативе прикрепил к верхушкам стержней, которые на полметра выходили из колонн, круглый металлический шар, а бетон обложил белой плиткой в стиль стен. Марина, когда это увидела, согласилась с тем, что выглядит значительно лучше, чем было, но промолчала, что теперь здание похоже на лабораторию Николы Теслы и как бы во время гроз молнии не начали гулять еще и между шарами по кругу.