Книга Преврати меня в пепел, страница 77 – Тереза Вайборн

– Она собиралась, а я бы скорее повесился, чем провел с ней хоть день наедине.

Его слова вызвали во мне гнев, хотя я не могла точно понять почему. Может, потому, что девушка выглядела уязвимой? Или потому, что она так сильно стремилась быть с ним, что готова была измениться, лишь бы создать иллюзию близости? Ее поступок казался безумным, словно она потеряла контакт с реальностью. Вместо того чтобы ценить свою уникальность, она выбрала путь изменений, надеясь, что станет ближе к образу, который она так любит. Но я уверена, что до всего этого девушка была по-своему прекрасна. Я почувствовала к ней сострадание. Она так стремилась быть кем-то другим, что потеряла себя и стала блеклым отблеском своего истинного «я». Может, ей нужны были поддержка и понимание, а не осуждение и насмешки.

Ее брат прижался к ней, словно стремился защитить сестру от нас. Его глаза, большие и темные, прожигали во мне дыру. В них я увидела ненависть и презрение, будто он уже знал о наших злых намерениях. Его пухлые губы были сжаты, словно он и не собирался говорить. Он изучал нас, внимательно анализируя каждое движение. Его прямой нос морщился от запаха пота, который мы испускали после тренировки. Его скулы напряглись еще больше, когда он увидел принца. Если вгрызаясь в меня его глаза сверкали ненавистью, то взгляд, направленный на принца, обещал мучительную и медленную смерть. Я бы не хотела, чтобы он так смотрел на меня. Я не понимала, почему он связан, как он позволил взять себя в плен. Его телосложение было схоже с фигурой принца. Но выглядел он как воин,прошедший по тысяче голов, принадлежавших его врагам. Иссиня-черные волосы были измазаны кровью, а спутавшаяся челка закрывала один глаз. Значит, он пытался бороться. Кровь принадлежала не ему. На нем не было ни единого ранения.

Посмотрев на людей, которые приволокли их сюда, я поняла, кому от этого парня досталось. Майра. Ее нос был вывернут под непонятным углом, под глазом уже розовел будущий синяк, а губы перепачканы кровью. Заметив, что я смотрю на нее, Майра улыбнулась, и я подметила, что она лишилась еще и пары зубов. Интересно, будут ли под ее униформой сломанные ребра? Временами она не могла стоять ровно, поэтому я не сомневалась, что она еле держится. Если бы этот парень избил так меня, то надо мной бы уже приколачивали похоронную табличку.

– Хочешь, я сотворю это с тобой? – скалясь, произнес он, когда из его рта вынули кляп.

Мэлгарб со всей силы ударил его кулаком в живот, а тот и не шевельнулся.

– Это Джонатан Труецкий, старший брат Алиссии, он же – легендарный одаренный, который мог убить тысячную армию, не прикоснувшись к оружию.

Я слышала о нем здесь, во время историй у костра. Еще в пятнадцать лет он уничтожил целый легион мятежников, не запачкав свои руки кровью.

– Как он это сделал? – Муэля интересовал тот же вопрос, что и меня.

– Он был единственным, кто получил свой дар в пятнадцать и смог его развить, – ответил Мэлгарб.

– Но как? Вирус в таком возрасте не вводят, – возразил Кайл, не веря своим ушам.

– Его назвали в честь моего отца, чему мой папочка, – Кристоф почти выплевывал эти слова, – был очень рад. В роду Джонатана всегда были сильные маги. Но он сам вколол себе вирус одаренных, когда гостил во дворце. Мальчик хотел быть сильным, хотел быть наготове, чтобы в любую минуту защитить семью. Все подростки в его возрасте стараются быть лучше других. Джонатан пробрался в лабораторию и выкрал вирус, после чего ввел его себе в вену. Когда его нашли, он не дышал, но через пару секунд очнулся, – рассказывал Кристофер. – Мой отец был настолько потрясен, что схватил детей наших слуг и ввел им препарат, чтобы проверить, можно ли делать это в таком возрасте, но ни особенные гены, ни выносливость не спасли их.