Книга Преврати меня в пепел, страница 126 – Тереза Вайборн

Одаренных много, а с нами будут еще и обычные люди, поэтому незамеченными мы выйти не сможем. Нам бы отойти на метров сто от ворот замка и дать людям и одаренным шанс бежать, а самим вступить в бой.

Обладающим магиейс самой мощной энергией я позволяла на себя опереться. Лираша старалась прибавить сил каждому, но тут были и те, кому остались считаные секунды до смерти, и мы ничем не могли им помочь. Но взгляд, их умирающий взгляд заставлял каждого из нас страдать.

Некоторые из тех, кто вышел из клетки, улыбались, ведь они впервые за долгое время смогли покинуть ее.

Нам приходилось заходить в клетки, чтобы вытащить остальных, потому что некоторые думали, что все это ловушка и их сгребают вместе, чтобы затем убить.

– Иди в людскую тюрьму! Наверное, там еще не все клетки открыли, – крикнул мне Кайл, и я побежала.

Тюрьма с людьми была недалеко, поэтому я оказалась там быстро. Как же здесь пахло смертью… Людей, которые умерли, еще не успели вынести из клеток, и они просто там разлагались. Жуткое зрелище. Каждый вдох был наполнен ароматом гниющей плоти. Стены и полы пропитывала мрачная аура, словно само зло пронизывало каждый кирпич постройки. Ужас заставлял волосы на руках вставать дыбом, а сердце сжиматься от тревоги. Каждый шаг сопровождался звуками скрипящих дверей и ржавых замков. Страх давил на сознание и оставлял горечь во рту. Казалось, в этой тюрьме времени не существовало, оно остановилось вместе с жизнью. Взгляд скользил по клеткам, где тускло блестели глаза тех, кто еще оставался в живых. Те, кому суждено было умереть, уже не испытывали страха, лишь безысходность. Страшно, до ужаса страшно было видеть мертвых детей… От такого зрелища никто не смог бы отойти, это невозможно забыть. Картинка постоянно будет появляться перед глазами каждый раз, когда закрываешь глаза.

Услышав громкий плач девочки, я спешно подошла к ней. Она сидела рядом с телом женщины, вероятно, ее матери. Ребенок тряс ее за плечи, умоляя проснуться, но мать не реагировала. В ее маленьких глазах я увидела безграничную боль и отчаяние. Она потеряла все, что было для нее важно.

– Пожалуйста, помоги мне разбудить маму, она очень крепко спит, – молила меня девочка, которой на вид было лет пять.

Ее мама мертва, ей не помочь.

– Давно она спит? – едва слышно спросила я.

– Уже три дня, – пуще прежнего зарыдала девочка.

Я присела на колени и обхватила девочку руками. Ее цепкие маленькие пальчики впились мне в шею. Она плакала на моем плече и не могла остановиться.

– Мамаумерла, верно? – неожиданно спросила девочка, и у меня перехватило дыхание.

Что я должна ответить в такой ситуации? Утешить? Сказать, что все будет хорошо, хотя это не так? Сказать, что ее мама сейчас в лучшем мире? Я этого не знала, я ничего не знала, но не хотела врать девочке…

– Верно. – Я просто сказала правду. – Но я обещаю, что вытащу тебя отсюда. Она бы хотела, чтобы ты сбежала.

Не думаю, что подобрала правильные слова. Во всей этой ситуации не было ничего правильного.

– Я не хочу оставлять ее здесь одну, – прошептала она.

– Ты и не оставляешь, она вот здесь. – Я приложила ладонь к ее сердцу. – Она всегда будет там, рядом с тобой.

Не знаю, поверила ли она мне, потому что ее взгляд был пустым. Я вспомнила себя, ведь еще совсем недавно я так же сидела рядом с телом мамы и рыдала.