Книга Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле, страница 272 – Леси Филеберт

Я судорожно втянула носом воздух, ощущая запах сырости подземелья. Вообще все запахи резко стали ярче, четче. А Рэйес, как вкусно пахло от Рэйеса!..

Не удержалась: шагнула к нему и уткнулась в шею, проводя кончиком носа по нежной коже.

Рэйес даже как-то растерялся поначалу.

– Ты чего? – спросил он, смущенно улыбаясь.

Ну потому что я впервые позволила себе так проявить эмоции на глазах у других коллег, которые толпились за спиной, но мне на них сейчас было плевать. Меня интересовало только то, что творилось сейчас внутри меня.

– Ты вкусно пахнешь, – пробормотала я, принюхиваясь к мятно-цитрусовому аромату так, будто впервые в жизни его вдыхала. – А еще у тебя улыбка красивая… А еще… Ох, а ты видел, как очаровательно переливаются внутренним светом эти жемчужины человеческих душ?

Я смотрела на всё вокруг так, будто впервые в жизни видела эти вещи и восхищалась ими так, будто каждая вещь была каким-то сокровищем. Я даже Персивалю вполне искренне улыбнулась! Потому что он мне показался ужасно забавным и милым со своей перекошенной физиономией. Мне вообще резко всё вокруг стало казаться милым, интересным и забавным. А еще цвета показались ярче, будто кто-то в моей голове резко выкрутил палитру мира на максимум.

Неужели я так долго видела мир таким тусклым, и мне это казалось нормальным?..

Рэйес, посмеиваясь, обнял меня, целуя в висок.

– У тебя сейчас несколько дней может быть повышенное восприятие реальности, имей в виду. Хм, даже, думаю, в твоем случае это будет не несколько дней, а несколько недель илидаже месяцев, потому что ты, в отличие от всех других жертв, дольше всех провела времени без своей жемчужины души. И отдача у тебя будет ярче всех, для тебя многое будет в новинку, даже самые простые вещи будут казаться необыкновенными. К тебе сейчас резко вернулась способность радоваться жизни, так что все действия и эмоции будут ощущаться ярче обычного. Ведь ты столько лет провела, медленно и незаметно для себя угасая…

– Странно… – всхлипнула я, не в силах сдержать непонятно откуда взявшиеся слезы. – Вроде радость вернулась, а я почему-то плачу…

– Это от счастья, – хмыкнул Рэйес.

Я недоверчиво покачала головой.

– Давно забытое чувство, если честно. Рэй… Ох, Рэй…

Я качнулась вперед, накрывая его губы своими. Целуя мягко и нежно, силясь этим поцелуем передать всю ту гамму эмоций, которую сейчас испытывала. Если этот ураган нежности вообще возможно было передать… Но я очень старалась!

И впервые в жизни меня совершенно не трогал тот факт, кто за моей спиной всё еще топчутся коллеги и открыто пялятся на нас, а Персиваль так и вовсе тихо закипает от бешенства.

Пусть смотрят и бесятся. У меня мой любимый человек рядом, живой и почти здоровый, и пусть весь мир подождет!

– А что делать со всеми этими сотнями шаров? – спросила я, когда некоторое время спустя отлепилась от Рэйеса. – Сколько их тут… Тысяча? Больше?

– Сколько бы их ни было, а каждую жемчужину надо вернуть своему хозяину. Представляешь, сколько людей сегодня станет более счастливыми? Как насчет того, чтобы осчастливить их вместе? – с улыбкой предложил Рэйес и кивнул на одну из полок справа. – Смотри, вот эти жемчужины принадлежат твоему брату Эрику Кларксону и твоему Наставнику Ильфорте Брандту.

– А как ты это вообще понимаешь? По мне, так все жемчужины почти одинаковые.