Книга Академия сумрачных странников. Кошмары на выгуле, страница 265 – Леси Филеберт

Я тихонько всхлипнула, по щеке скатилась еще одна одинокая слеза. Стояла, смотрела в безумные глаза Курмикая и молилась только о том, чтобы мои коллеги не вздумали пытаться попасть на крышу через внутренние переходы стеклянного здания: с Курмикая станется начать плавить весь дом ровно в тот момент, когда кто-нибудь окажется внутри…

– Поначалу – да, ты будешь подчиняться. Мне придется заняться твоим воспитанием, – улыбнулся Курмикай, и в его улыбке я не увидела ни капли человечности. – Но потом ты привыкнешь к своему положению. Я научу тебя любить меня…

– Звучит так отвратительно, что хочется вывернуто наизнанку желудок прямо сейчас. Это ведь не подпадает под описание вреда для тебя, тошнить на тебя можно? – издевательским тоном уточнила я.

Пощечина, которую мне отвесил Курмикай, была такой сильной, что в ушах зазвенело, и на миг перед глазами потемнело.

– За языком следи, дорогая моя Филечка, – с бессменной тошнотворной улыбочкой произнес Курмикай. – А то мне придется воспитывать тебя чуть более интенсивно, и тебе это не очень понравится.

Я сглотнула, избегая смотреть в глаза своего мучителя. Щека горела, но это было ничто по сравнению с душевной болью и тем пожаром, которым пылало сейчас мое израненное сердце.

О Пресвятая Мелия! Так плохо и тошно, как сейчас, мне, наверное,вообще никогда в жизни не было. Даже в тот день, когда я сжигала свое свадебное платье, мне и то не было настолько плохо.

Но вместе с этой болью в душе разгоралась буря, готовая снести всё на своем пути. И эта буря толкала сделать последний решительный шаг, который возможно было осуществить именно в таком отчаянном состоянии.

Я уверенно обняла своего некогда бывшего жениха и мрачно улыбнулась, заглядывая ему в глаза. И, видимо, выражение лица у меня при этом было настолько странное, что проняло даже Курмикая, чья улыбка потухла, и взгляд стал более напряжённым.

– А я и не собираюсь тебе вредить, – ядовитым голосочком произнесла я. – Я всего лишь хочу… прогуляться с тобой по снам. Так далеко, как только получится. Проверим, как глубоко мы сможем погрузиться?

– Что? Нет!! – воскликнул Курмикай, сообразив, что я задумала.

Он попытался оттолкнуть меня, но было уже поздно.

Потому что во время объятий я успела шепнуть нужное заклинание и теперь уверенно погружалась на следующие уровни сновидений.

Погружалась и вспоминала слова Кобая и Рэйеса о том, что ни один человек, какой бы ни был могущественный, не может пройти дальше десятого уровня сновидения. Точнее, попасть туда при большом желании может, вот только долго там не проживет, потому что материя последних уровней сновидений не предназначена для человека.

Я не могла утащить Курмикая в какой-то страшный и намеренно опасный для него сон. Не могла резко вытащить в реальный мир и сдать его коллегам, потому что с такими мыслями и попытками сопротивления меня вполне могло бы убить болевым синдромом из-за поставленного на мне телесного блока, и это будет бессмысленная смерть.

Зато я могла искренне желать прогуляться с Курмикаем по сновидениям и подарить ему персональную сновидческую тропу туда, куда он сам пройти не мог. В среде сумрачных странников это считалось именно подарком, не какой-нибудь попыткой побега или желанием причинить вред. А что слишком далеко при этом забрести можем – ну упс, случайно, бывает, ошиблась, не хотела навредить, я же и сама в обнимку туда иду… Ну а что? Такая вот своеобразная прогулка с бывшим. Посмертная для обоих.