Книга Священные игры, страница 129 – К. Н. Кроуфорд

Остановившись в тени за дверью храма, я заглянула в узкое окошко и не слишком удивилась, увидев там Сиона с мечом на поясе. Он расслабленноприслонился к колонне, скрестив руки на груди.

Свет плясал на камнях, когда факелоносцы высоко подняли свои факелы. Тени ползли по каменному полу, захватывая мое сердце.

Смертельный удар уже близко…

За спиной Сиона патер простирал руки в мольбе, его губы шевелились в молитве. Он всегда проводил всю ночь в этом храме?

Конечно же, Сион был здесь, защищая своего хозяина. Кровь застыла у меня в жилах, когда я снова перевела на него взгляд. Теперь патер знал о Лео всё. Как сильно я о нем заботилась… Сион, должно быть, заметил его в тот день в Брайервуде. А потом, наверное, выследил. Ну и разумеется, как вампир, он видел всё. И слышал всё. Тогда и толпа кричала о мальчике… А он всё запоминал, чтобы позже воспользоваться этим.

Вдруг кровь застыла у меня в жилах. Мэйлор ведь не сказал бы ему…

Не сказал же?

Через окно я увидела, как челюсть Сиона напряглась. Его ноздри раздулись, а взгляд метнулся к окну. Судя по тому, как напряглось его тело, я предположила, что он учуял запах крови.

У меня пересохло во рту, и я вытащила кол из кармана.

Сердце бешено колотилось.

Вогнать деревянный кол кому-то в грудь было делом не из легких. Кол был острым, как лезвие, но при этом нужна была еще и огромная сила и скорость. Когда Сион подошел ближе к двери, я взяла кол правой рукой, а левой обхватила его основание. Перенесла вес тела на заднюю ногу. Кровь в жилах так и бурлила.

Когда он открыл дверь, его золотистые глаза на мгновение задержались на мне.

Я почувствовала, как замедлилось время. Ночной ветерок играл прядью его длинных волос.

И со всей силы, что у меня была, я вогнала кол ему прямо в сердце.

От шока его глаза чуть только из орбит не вылезали, а из уголка рта покатилась капля крови.

– Элоуэн, – прошептал он.

Это не было похоже на убийство мечом или кинжалом. У этого кола было гораздо большее сопротивление, и я почувствовала, как он проходит через плоть, пронзая ее.

Его лицо было так близко от моего, а золотистые глаза постепенно чернели. От него пахло гвоздикой и старыми книгами в кожаных переплетах – такой странный домашний запах, который ему совсем не подходил.

Когда я отпустила кол, то осознала, как сильно трясутся мои руки.

– Ты рассказал о Лео, не так ли? – прошептала я.

Потрясение все еще отражалось на его лице, когда он привалился спиной к двери храма.

– Я узнал о тебе все, что мог… – он сжал кол обеими руками, его глаза превратились в бездонные ямы теней. Его тело замерло, а голова упала вперед.

Дрожа, я глубоко вдохнула. Я на мгновение закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Я представила, как будет выглядеть лицо патера, когда лишу его жизни. С ясной головой я открыла дверь храма.

Я ввалилась внутрь, вся в крови. От меня, должно быть, так и разило смертью.

Патер тут же перевел взгляд на меня, и у него отвисла челюсть. Его глаза расширились. В этот момент здесь не было никого, кроме нас и молчаливых, ослепленных факелоносцев.

– На помощь! – голос патера эхом отразился от камней. – Магистр, сюда!

Ярость пронзала меня до костей, и я шагнула ближе.

– Он тебе сейчас не поможет. За тобой пришла сама смерть.

В воздухе повис страх. Факелоносцы оставались на месте, верные своим клятвам. Свет их факелов плясал по комнате.