Книга Моё море, страница 94 – Анна Максимова

— Хорошо, — произнесла Маша, нарушая тишину, — раз ты не хочешь первый начинать разговор, это сделаю я. О чём с отцом договорился?

— Да много о чём, — ответил уклончиво. — Тебе не о чем беспокоиться.

— Правда? — как-то нехорошо прищурилась девушка.

— Да, — кивнул в ответ.

— Неужели так сложно не врать? — зло спросила землянка.

При этом на эмоциях она так начала жестикулировать, что невольно перекувырнулась в воде. Выругалась. Будь ситуация иной, я бы посмеялся, но сейчас мне было не до веселья.

— Да я не вру, — отозвался растерянно.

— Я всё знаю! — почти закричала Мария. — Когда ты собирался мне сообщить, что вы с папашей сообща надумали сделать меня твоей любовницей?! Типа, ты женишься, а я останусь при тебе в таком вот качестве, и всем хорошо! Меня, правда, как-то забыли спросить.

Прикрыв глаза, еле сдержал стон. Вот и попробуй замолчать неприятные подробности. Ну как, как она умудрилась это подслушать?!

— Маш, всё не так, — ответил, ощущая обречённую беспомощность. — Да, мне придётся жениться, отец выбора не оставил…

Далее принялся объяснять про слово Владыки и обязательства, которые оно накладывает.

— Это мне уже брат твой объяснил, — перебила меня девушка. — Лучше скажи, с какой стати твой батя записал меня в твои любовницы? Эслан, кстати, сказал, спросив про то, что связывает нас, что об этом мне нужно говорить с тобой. Что это за «об этом»?

Братец, я тебя люблю, но сейчас, попадись на глаза, придушил бы! Ну и чего мне ей отвечать? Снова изворачиваться, пытаться врать? Так Машка, когда не надо, на диво проницательна.А рассказывать о том, как посмеялась надо мной судьба, тоже не было желания. Не хочу, чтобы землянка чувствовала себя виноватой.

— Правду, Айрон, скажи мне правду, — настойчиво попросила сухопутная. — Не пытайся лгать. Я же всё равно всё узнаю.

— Отец решил, что я пожелаю тебя оставить своей любовницей, потому что ты моя Отани, — сознался я.

Смысл юлить? Она права, узнает ведь. Слухи — мощная штука. Плюс имеют свойство ужасно искажать действительность. Лучше уж Маша обо всём узнает от меня, чем услышит извращённую версию от прислуги.

— Отани? — вскинула землянка брови. — Ты же говорил, что это «мэм» на ваш манер.

— Я солгал, и, думаю, ты сама об этом догадываешься, — выдавил я.

— Так, — улыбнулась Маша, — а на самом деле что это?

— Избранница, — прошептал, прикрыв глаза.

— Чего?! — повысила она голос. — Какая, к чёрту, избранница?

— Это случается не часто, но иногда сиэрнары встречают своих избранников. Тех, к кому тянется тело, сердце и душа. Я не знаю, как это объяснить тебе, простому человеку. Это уникальный набор чувств, и только лично ощутив, понимаешь, что это. Больше чем любовь. Любовь проходит, это — нет. Можно связать жизнь с кем-то другим, но счастья это не принесёт. Встретивший Отани будет счастлив только с Отани.

Говорил тихо, максимально откровенно. Скорее всего, скоро она навсегда уйдёт из моей жизни. Так пусть хоть последние дни не будут окрашены гнилостным оттенком лжи.

— Господи, — потерянно произнесла шепнула Мария. — Как так? То есть, ты, наверное, что-то путаешь. Сам же говорил, что связь с сухопутными тебе отвратительна.

— Если бы, — вздохнул я. — Я не хотел этого понимать и принимать. Внушал себе, что это всё лишь временное помутнение рассудка. Но, оказавшись у тейнов, понял и принял истину. Ты — моя Отани, Маш. Ты просила правду, так вот она, правда.