Книга Моё небо, страница 40 – Анна Максимова

Как только мы оказались дома, я отправила Кая к себе и бросилась вызывать целителя на дом. Когда какая-то курица, принимающая заказы, уточнив всё что только можно, заявила, что лечение рабов стоит дороже обычных граждан Королевства и стала допытываться, готова ли я к таким тратам, я была готова заорать на неё хорошо знакомым, трёхэтажным матом. К тому моменту, когда прибыла целительница, женщина средних лет, я из-за нервов сгрызла ногти до самого основания. Согласна, мерзкая привычка.

— И зачем так наказывать, чтобы потом тратить кучу денег на лечение? — пробормотала женщина себе под нос.

Я было хотела объяснить ситуацию, да так и замерла с открытым ртом, когда поняла, что целительница думает, будто плачевное состояние Кая, моя вина. Первым порывом было возмутиться и оправдаться, а потом поняла, мне это не нужно. Зачем? Я могу сказать что угодно, но эромайцы всё равно, всё и всех судят по собственной шкале испорченности.

Когда от жутких рваных ран остались красные вздувшиеся рубцы, целительница выдала мне банку мази, которую надо было наносить на пострадавший участок каждые несколько часов, если не хочу чтобы остались шрамы. А также дала совет, хотя бы одну ночь не давать рабу спать на спине и не надевать на него облегающей одежды. После чего распрощавшись убралась восвояси.

Пока женщина колдовала над спиной Кая, тот уснул уткнувшись лицом в подушку. Будить парня я не стала, и решила раз мне пришлось уйти с учёбы посреди дня, то надо попробовать позаниматься самостоятельно.

Усваивать информацию из учебников было не сложно. Теория, это конечнохорошо, но она почти ничего не стоит без практики, во всяком случае, когда дело касается магии. И потому позанимавшись с учебниками, я подавив тяжёлый вздох, решила заняться ненавистной медитацией.

Учитывая, что нервы были натянуты как струна, нормально сосредоточиться никак не получалось. В голову навязчиво лезли посторонние мысли. Надо ли говорить, что и в этот раз я потерпела сокрушительную неудачу и не ощутила никаких сил? Но ведь они есть! Я хорошо помню тот огненный шар, до и обугленная стена в комнате забыть не даёт. Надо, кстати, вызвать мастера, чтобы устранил это уродство. И всё же, спустя два часа я бросила это самоистязание и решила занять себя более полезными делами. Например, навести в доме порядок, ведь сегодня Кай явно не в том состоянии, чтобы выполнять обговоренные ранее обязанности.

Когда на улице стало смеркаться, поспешила на кухню. Пусть кулинар я так себе, но всё же способна приготовить что-то не очень сложное, но достаточно вкусное. Когда с приготовлением ужина было покончено, а еда разложена по тарелкам, я собиралась отнести Каю его порцию, как услышала уверенные шаги, а следом появился сам парень. Немного взъерошенный и бледный.

— А я хотела отнести тебе ужин, — растерянно пробормотала я.

— Я не инвалид и вполне способен сам спуститься на кухню, — фыркнул Кай, опускаясь на стул и придвигая к себе тарелку.

Тишина повисшая между нами ощутимо действовала мне на нервы. Я чувствовала себя просто ужасно. Вина многотонной плитой давила на плечи. Ведь если бы не моя трусость из-за которой я заставила парня таскаться с собой, сейчас бы он был в порядке. Это я втянула его во всё это, а защитить не смогла. Стояла и смотрела как его истязали.