Книга Моё небо, страница 132 – Анна Максимова

— Меня никто не спрашивал, хочу я всего этого или нет, — закончила я свой рассказ, после чего пытливо посмотрела на парня. — Вот теперь ты всё знаешь.

— Поразительно, — пробормотал Кай. — Мне надо подумать обо всём этом.

После, не оглядываясь на меня, ашрианец каким-то механическим шагом удалился к себе. Я же смотрела ему в спину, до крови закусив губу. Эслан ошибся, когда говорил рассказать всё, и я облажалась, послушав его. Ведь чувствовала, надо молчать. Эта правда слишком тяжела для восприятия. И вот, я рискнула. Похоже, я потеряла единственного близкого мне тут человека. Горькая усмешка против воли скользнула по губам. Глаза запекло от подступающих слёз, вынуждая зажмуриться сильно-сильно. Я не буду плакать. Не буду! Ни за что. И плевать, что в груди растёт и ширится пустота, выедающая душу.

КАЙЛЕН

Мысли путались, прижав кончики пальцев к вискам, пытался унять головную боль. Слишком много всего произошло за столь короткий срок. Пропажа Мары, сиэрнар, признания девушки… Это перебор для одного вечера.

Бездна! Мара. Ведь я понимал умом, что-то с ней не так. Она не та, за кого себя выдаёт, но иномирянка… Да я до её откровений даже не был уверен, что другие миры существуют! Да, некоторые маги и философы часто размышляли над теорией, что наш мир не единственный. Только я всегда воспринимал эти размышления как-то абстрактно. Не сильно верил в эти «сказки».

И вот, жизнь меня ткнула носом в шокирующую реальность — всё это правда, другие миры есть. И главное тому доказательство — Мара, девушка, прибывшая с мираЗемля. Хотелось бы мне сказать, будто она всё выдумала, но она говорила правду. Я чувствовал это всем своим существом. Каждой клеточкой. И теперь просто не понимал, как относиться к ней.

Звонок в дверь прервал мои размышления. Я думал Мара, то есть Аниэлла, откроет, но мерзкий звук продолжал терзать уши. Не выдержав, выскочил из комнаты и распахнул дверь.

— Ты нашёл её?! — нервно спросил стоящий на пороге Лурен.

Н-да… В череде хаотично сменяющих друг друга событий я о нём забыл напрочь. И вот он не постеснялся напомнить о себе.

— Она дома и позже сама с тобой свяжется, — ответил я как можно сдержаннее.

— Мне надо увидеть её сейчас, — настаивал парень. — Убедиться, что с ней всё в порядке.

— Она уже спит, — солгал я, не моргнув глазом.

Лурен хотел сказать что-то ещё, но я уже захлопнул перед его носом дверь. Надеюсь, он не начнёт снова ломиться в дом.

Мои чаяния оправдались. Мысли снова вернулись к девушке, которая вызывала во мне очень странную гамму чувств. Я ни словом не солгал, сказав, что рядом с ней логика перестаёт работать. Она заставляет меня чувствовать себя одновременно чудовищно уязвимым, но вместе с тем нереально живым. Она сводит меня с ума. Злит, выводит из равновесия. Но мысль о том, что с ней может что-то случиться, причиняет настоящую боль.

И ведь я почти сразу инстинктивно почувствовал — она мне не враг. У меня упорно, вопреки логике и убеждениям, не получалось её ненавидеть, как я ненавидел всех эромайцев. Вот и отгадка этой странности — девушка никогда не была эромайкой. Я даже не знаю, как её теперь называть!

А потом на меня снизошло, да что там, рухнуло осознание, какая я сволочь. Я тут предаюсь рефлексии и размышлениям, а каково сейчас Маре? Она может надумать себе неизвестно чего! И тут же я понял ещё одну истину — мне плевать на её расовую или мировую принадлежность. Я знаю её. Знаю, какая она. И её шокирующее признание ничего не меняет. Она по-прежнему остаётся той Марой, которая сбивает меня с толку парой слов и дарит тепло одним своим присутствием рядом.