Книга Моё небо, страница 121 – Анна Максимова

— Просто нужно больше времени…

— Нет! — оборвала Мара. — Больше никаких тренировок.

Это было больно, видеть, как она уверенно оборвала одну из немногих связывающих нас ниточек. И самое горькое осознавать — сам виноват. Всё испортил. Как обычно.

— Мара, прости, — прошептал я. — Ты даже не представляешь, насколько мне жаль. Поверь, прошу, я бы никогда не причинил тебе вреда.

Несколько мгновений девушка просто молча смотрела мне в глаза, потом чуть горько усмехнулась и отвела взгляд.

— Кай, я верю, вижу, что ты сожалеешь, — наконец произнесла она. — Но вот моя память имеет своё мнение. Я бы, может, хотела сказать: «Забей, всё нормально», да не могу. Не получается. Я к этому просто не готова. Дай мне время.

Я же стоял истуканом, окончательно понимая, что всё действительно полетело в Бездну. Окончательно. Вряд ли хоть когда-то можно будет восстановить былое доверие и отношения. Больно. Как же больно…

И вот уже четыре дня я просто существую по инерции. Просыпаюсь по утрам, делаю перечень постоянных дел, которые не занимают и четверти дня, и остальное время я полностью предоставлен сам себе. Только обилие свободного времени совсем не радует.

Ничего не помогает отвлечься. Одиночество просто убивает. Под вечер второго дня Мара начала стараться делать вид, словно готова возобновить общение. Она разговаривала со мной, натянуто улыбалась и вымучено смеялась. Фальшь чувствовалась отчётливо. Ей по-прежнему претило моё общество. И то, как быстро она ела и уходила к себе, лишний раз подчёркивало это.

Как никогда прежде мне хотелось с кем-нибудь поговорить. Высказаться. Услышать совет, ведь я сам совершенно не знал, как мне быть. Похоже, чувство собственной ничтожности становится одной из постоянных моей жизни.

И вот сейчас ночь, скоро утро. Только уснуть никак не удаётся. Слишком погано на душе. Неожиданно вспомнилось, как в самом начале знакомства Мара говорила мне, что ей раб в принципе не нужен. Тогда я ей не верил. Как это, эромайцу и не нужно живое имущество? А ведь это в самом деле так. Бездна! Резко и болезненно навалилось осознание своей совершенной ненужности и бесполезности. Я не интересую её как парень или друг, да я даже как раб ей не нужен! Наверное, девушка с радостью бы избавилась от меня,но никогда так не сделает. Это же Мара, слишком жалостливая и совестливая для своей расы.

На смену отчаянию, которое породило это осознание, пришла злость. На себя, обстоятельства и даже Мару. И я понял, что точно не усну, лежать и пялиться в потолок тоже не могу. Встав, быстро оделся и вышел на задний двор. Там меня ждал самодельный снаряд для тренировок — бревно, обмотанное тканью из кладовки. Эта самоделка неплохо помогала в одиночку отрабатывать многие приёмы. Только сейчас моя цель была иной, мне было необходимо выплеснуть тот коктейль адских эмоций, бурлящий внутри.

И я бил по «груше» со всей силы, без всякого контроля и техники. Просто лупил по снаряду, сдирая костяшки пальцев, не обращая внимания на сочащуюся кровь.

Дурак! Кретин! Неудачник! Несдержанный идиот! Сам всё испоганил! Бессильный калека и жалкий раб, недостойный называться мужчиной после того, как его год трахал Марас! А после того, что чуть не сотворил с Марой, я и человеком называться права не имею! Сцепив зубы, отчаянно сдерживал рвущийся наружу крик. Ни к чему лишний раз привлекать внимание и показывать, какое я ничтожество.