Книга Подарок чужих звёзд, страница 61 – Анна Максимова

А потом мы снова были едины. Снова я заявлял права на восхитительное тело, клеймя её своими губами, наполняя лоно своим семенем. Снова и снова, до полного изнеможения.

Лежал и прижимал к себе Лику. «Моя!» — билось в голове, и сердце заходилось от восторга. Ликовал, ощущая её запах на себе и свой на ней. И вдруг внезапно землянка грубо и жестоко швырнула меня с небес на землю.

«Произошедшее ничего не значит… Я не поеду с тобой на Эриот и не буду рожать никаких детей… Это просто секс…» — эти слова снова и снова повторялись в голове. И тогда, и сейчас я был не в силах осознать, как такое возможно? Она же сама ко мне пришла. Она приняла меня как мужчину. Она в конце концов, позволила мне наполнить её тело своим семенем! Всегда, во все времена это было безоговорочным согласием самки принадлежать самцу!

И внезапно её слова, как смертельный выстрел в упор. Когда рушатся вдребезги мечты и иллюзии и накрывает запоздалым осознанием — мы совершенно разные. Из совершенно одинакового набора фактов и событий мы делаем разные выводы, одни и те же ситуации воспринимаем совершенно различно.

Я смотрел на Лику и задыхался от беспомощности и ярости. Отчаянно хотелось наплевать на всё: запреты, обязательства, обещания. Схватить землянку, запихнуть в первый попавшийся корабль и увезти куда-нибудь. Заставить быть со мной, подавить сопротивление, подчинить себе. Но остатки разума и годами тренированная выдержка удерживали от такого поступка, и мне лишь оставалось смотреть, как она уходит.

Ночью о сне и речи не шло. Я метался по каюте из угла в угол, обуреваемый отчаянием, тоской, и яростью от осознания собственной беспомощности. Как она могла! Снова бросила меня! Опять! Словно я и не мужчина, а так — мусор. Пустое место. Ничто. Во рту ощущалась горечь. Самая восхитительная в моей жизни близость, которая, пусть и ненадолго, заставила меня воспарить и душой, и телом, обернулась горечью безысходности. Если раньше, на Эриоте, я был уверен, что у нас есть совместное будущее, то сейчас не осталось даже надежды. Я не могу отказаться от сложившегося уклада жизни, ему тысячи лет. Да и не хочу. Пугает сама мысль прожить всю жизнь с одной-единственной женщиной. Лика же категорически не согласна принять наши традиции. Это тупик. Выхода нет. Конец.

В итоге на палубе флагманского корабля, направляющегося в сектор Бета, где шли ожесточённые бои с шейдами, я стоял совершенно не выспавшийся. Меня швыряло от бешеной ярости до полной апатии и обратно. Я чувствовал себя полностью деморализованным и разбитым.

— Ястон, чёрная дыра тебя поглоти, от тебя на километр несёт самкой, — поморщился Рипед, он был Оримосом, шпионом или разведчиком по земному. — Прими ионный душ и не мучай окружающих.

Ну да, я заметил, как окружающие меня самцы принюхиваются, стоит мне оказаться рядом. Понимал, нужно нейтрализовать запах землянки, уничтожить следы произошедшего, но не находил на это моральных сил. Поэтому пренебрёг ионным душем и воспользовался обычным. Это была память о незабываемом времени. У меня остался только этот запах и кулон. А ещё воспоминания, которые то грели, то убивали.

— Рипед,я не в настроении, — отмахнулся я, пытаясь не скатиться до грубости.

— Вижу, — кивнул эр, — и даже догадываюсь о причинах. Судя по источаемому тобой аромату и отвратительному настроению, землянка снова дала тебе отставку, верно?