Книга Строптивая в Академии. Теория истинной любви, страница 112 – Ольга Грибова

Она кивнула на стол перед собой, где лежали разные предметы. Их использовали на экзамене в качестве рабочего материала. Деревянный брусок, свеча, металлический стержень, лист бумаги и еще куча подобной мелочи.

Из рассказов сокурсников, сдавших экзамен передо мной, я знала, что лист бумаги нужен для демонстрации направленного порыва ветра. Студент должен был сдуть его со стола, не задев другие предметы. Из деревянного бруска создавали фигуры,а металлический стержень сгибали. На первом курсе задания были элементарными, но Кати даже с ними может напортачить.

Госпожа Эрей осторожничала, помня прошлые «успехи» Кати. Порыв ветра точно не наш вариант, сдует всех. С деревом у Кати тоже не заладилось. Может, стержень?

Я сомневалась, что выбрать. Надо же еще поберечь силы. И мне, и Вэйду за использование магии расплачиваться физическим недомоганием.

Но пока я соображала, за меня выбор сделал декан:

— Зажги свечу, — велел он.

Я похолодела. Огонь… не самый лучший вариант для Кати. Как бы не спалить Академию. Но делать нечего, декан озвучил мое экзаменационное испытание, надо выполнять.

Жаль, Морок не может действовать вместо Кати. Другой источник магии преподаватели вмиг почувствуют. С их-то опытом. Наверняка студенты не раз пытались провести их на экзаменах.

Вздохнув, я произнесла:

— Зажги, пожалуйста, свечу, — и зажмурилась. Потому что банально было страшно.

Я ожидала услышать треск пламени. Была уверена, что загорится как минимум стол, за которым сидят экзаменаторы, а то и вовсе вспыхнет вся Академия. Зато одной проблемой меньше. Меня точно не отчислят. Неоткуда будет. При этой мысли я едва сдержала нервный смешок. Вот уж воистину шутка смешная, а ситуация — страшная.

Но что-то криков не слышно. Или у преподавателей настолько крепкие нервы, что возгоранием их не удивишь?

Я осторожно приоткрыла один глаз, а следом за ним открылся рот. Челюсть сама упала вниз. Свеча горела. Но самое поразительное, что помимо нее огонь ничего не коснулся.

Это походило на чудо, и я, не удержавшись, перевела изумленный взгляд на Вэйда. Уголок его губ дернулся в едва различимой усмешке, но он тут же поморщился из-за боли в губе.

— Замечательно, Диондра! — больше всех обрадовалась госпожа Эрей. — Ты проделала огромную работу со своим сателлитом. Я в тебе не сомневалась. Полагаю, экзамен сдан на высший балл, — декан и господин Эриссон согласно кивнули, подтверждая ее слова.

А я все не могла оторвать взгляд от Вэйда. Я проделала огромную работу? Нет же, это онее проделал. Пока я ненавидела и проклиналаВэйда, он занимался делом — тренировал Кати пользоваться магией… И ведь справился! Сделал то, что я не смогла — научил Кати управлять магией. Это ли не чудо?

Меня захватило сразу два мощных чувства: стыд за плохое отношение к парню и благодарность за его помощь. Вэйд Даморри далек от идеала, это факт. Он самовлюбленный, заносчивый, невыносимый тип, но он небезнадежен. Это открытие поразило меня до глубины души.

* * *

Вэйд полагал, что в разлуке с Беспризорницей, отдохнет. Ага, как же. Даже не встречаясь с ней лично, он повсюду слышал ее имя. Девчонка его преследовала!

Для начала ему пришлось решать проблему с бунтом хвостов. Надо же, как назвали. Бунт, не меньше! И, конечно, Беспризорница была в числе зачинщиков.