Книга Строптивая в Академии. Теория истинной любви, страница 106 – Ольга Грибова

Увы, это была я. И вовсе не из-за слабости. Беспокойство за Кати и экзамены заставили меня пойти на поклон к ненавистному Даморри. Как и думала, теорию я сдала на отлично.

Проблема возникла только с основами ментального воздействия. Господин Эриссон, как и обещал, завалил меня дополнительными вопросами. Все из-за Морока, который в начале нашего общения подставил меня на уроке. Чувствуя за собой вину, дракон помогал, как мог. В итоге я все же получила свой высший балл. Но впереди была практика, одна мысль о которой повергала в ужас.

Я не рассчитывала на высокий балл за практическое применение магии. Но надо получить хоть какой-то! Нельзя просто взять и не явиться на экзамен. За это одно наказание — исключение.

В итоге накануне экзамена по магии пришлось топать к Вэйду. Где находится комната куратора, знали все, и я в том числе.

Стоило подняться на нужный этаж, как дракон оживился. Последние дни он все больше помалкивал, сберегая энергию. Меня грызла совесть из-за того, что Морок с Кати страдают от нашего с Вэйдом упрямства. Но ведь это не только моя вина! Если разобраться, я вообще ничего дурного не сделала. Всего-навсего приняла не то приглашение на бал. И то это исключительно мнение Даморри, с которым я категорически не согласна.

— Ты идешь к хозяину? — обрадовался дракон.

— Да, — кивнула я. — Скоро ты насытишься энергией.

В ответ раздалось довольное урчание. Все же надо было засунуть гордость подальше и пойти к Вэйду уже давно. Заставлять страдать сателлитов —плохая идея. Уж они точно ни в чем не виноваты.

Нервничая перед встречей с Вэйдом, я кусала губы. Пока добралась до его двери, они уже, наверное, покрылись кровавой коркой. Надо взять себя в руки и постучать. Это так просто и вместе с тем неимоверно сложно…

Прислушалась. За дверью было тихо, но это ничего не значит. В комнатах золотокрылых отличная звукоизоляция. Все для их удобства.

— Стучи уже, — подгонял меня дракон, так ему не терпелось увидеть хозяина.

Делать нечего, постучала. А дальше ждала, топчась на месте. Минуты текли медленно и тягуче, как мед с ложки. Ненавижу звукоизоляцию! Совершенно непонятно идет ли кто-то к двери, или я зря торчу в коридоре.

В итоге дверь открылась неожиданно. Я аж вздрогнула, когда вместо деревянного полотна передо мной возник Вэйд. Неделю его не видела, и сейчас смотрела, не моргая. Вовсе не потому, что соскучилась. Вот еще! Но после долгой разлуки перемены бросаются в глаза.

Парень выглядел по-простому — мягкие домашние брюки и наполовину расстегнутая рубашка. Таким я его еще не видела. Обычно он всегда одет с иголочки. Студенческий галстук и тот вечно повязан.

А еще он был бледным и каким-то всклоченным. Разлука и на нем сказалась. Он явно удивился, увидев меня. Темные брови непроизвольно взлетели вверх, но он быстро взял себя в руки. Усмехнулся, сделал шаг назад и взмахнул рукой, приглашая войти. При этом у него на лице отчетливо читалось — я же говорил. Спасибо, что хотя бы вслух это не произнес.

Я впервые входила в святая святых — комнату Вэйда Даморри. Хотя «комната» — неправильное название, тут скорее подошло бы слово «апартаменты». Большое пространство, окна в пол, изысканная мебель, много кожи и дерева. И это только гостиная. А ведь даже у нас с Грэйс была лишь одна спальня на двоих, пусть и с личной умывальней. А еще все выглядело совершенно новым, даже пахло соответствующе, будто Вэйд недавно делал ремонт.