Книга Восход Паргелия. Аделина, страница 51 – Лия Готверд

— Конечно, двоих как минимум. — выпалила я, ибо представить не могла свою одинокую жизнь без сестры и брата.

— У меня не может быть человеческих наследников.

Воцарилась тишина. Я знала это. Ведь Эраис не человек. Грусть давила камнем на сердце.

— Но ведь я твоя избранная и со мной ты еще не пробовал, — едва улыбнувшись, решила рассеять туманную грусть хотя бы толикой несбыточного, но счастливого будущего.

Он снова замер как манекен. А потом резко начал движение и уже стоя в дверях, торопливо кинул:

— Ты должна произнести клятву. Только так ты можешь помочь мне справиться с демоном.

Белое шелковое платье мирно покоилось на моей кровати. После долгого пребывания в ванной я обнаружила, что подвенечный наряд уже доставлен хозяином дома. Шелковая юбка струилась фалдами вниз, гладкая, как масло, и никаких украшений. Только один слой белой ритуальной ткани. Я не расстроилась, всегда любила минимализм, и платье пришлось мне по вкусу.

— Можно войти! — послышался гулкий стук в дверь.

— Конечно, Хлод.

Дверь приоткрылась, но первым зашел не Хлод, а огромное накрахмаленное платье с десятью юбками, расшитое камнями и бусинами, что сплетались в удивительной красоты узоры. Хлод еле затолкал его в дверной проем и протянул мне.

— Вау, Хлод, оно великолепно! Никогда не видела столько замысловатых украшений на одном только корсете! Оу, посмотри, это настоящий жемчуг?

Хлод игнорировал мой восторг и тем временем подошел к кровати и небрежно положил его поверх шелкового.

— Завтрак внизу. Хозяин ждет.

— А во сколько венчание?

— После.

Я спустилась вниз, Эраис стоял у панорамного окна и смотрел в никуда, ибо густой туман снова обволакивал дом непроглядной стеной.

— Ты придумала клятву, Аделина?

— Давно, — сухо ответила я, усаживаясь за стол, вспоминая, как половину ночи не спала в размышлениях о словах про вечность. — Присядь, Эраис, позавтракай со мной в последний раз. Как раньше. Хочу насладиться последним днем с тобой.

Колдун резко развернулся и замер, направив на меня свой глазной мрак. Тишина свинцовой тучей повисла в зале и пролилась безнадегой по венам.

Мне удалось заснуть лишь к утру. Измученная и встревоженная реальностью, я злилась, плакала, жалела саму себя и снова возвращалась мыслями к этому высокому, стройному и совсем не человеку, который сегодня меня убьет.

— Я не должен потерять тебя, Аделина. Надеюсь, что все удастся, — словно прочитав мои мысли, вдруг раздались его громкие слова.

Я подняла красные усталые глаза.

— Если изгнание не удастся, ты ничего не потеряешь и даже не почувствуешь, правда же, Эраис? Ведь трудно лишиться того, чего даже не имеешь…

— У меня есть ты. Это больше, чем всё.

Слезы хлынули нескончаемым потоком. Я не могла остановить их, как ни пыталась. Слова, произнесенные холодно и равнодушно, произвели абсолютно обратный эффект. Я ненавидела и любилаего одновременно.

— Прости, — я как смогла протерла лицо и всхлипнула. — Вчера я пообещала себе, что не буду плакать, но твои слова… Они так болят внутри…

Эраис молча сел за стол.

— Не буду говорить тебе не бойся или не плачь, многие женщины были на твоем месте, и их больше нет.

— О, боги! Это самые ужасные слова напутствия, — я улыбнулась сквозь слезы, которые медленно капали в тарелку. — И все они любили тебя?