Книга Восход Паргелия. Аделина, страница 19 – Лия Готверд

— Не трогай! — злобно рыкнул Эраис и отошёл на несколько шагов, не поворачиваясь.

— Что это за рана? От чего?

— Не задавай вопросы. Пойдем, нам пора.

— Но у тебя течет кровь! — возмутилась я его спокойствию. — Тебе разве не больно?

— Ты не понимаешь. Я не ранен, это символ заклинания. Пока рана свежа, заклинание действует.

— Символ заклинания, вырезанный на теле? Зачем?

Всё еще спиной ко мне, Эраис стоял нерушимо, как скала. Серебристые волосы слились с белым цветом рубашки, образуя словно заснеженную вершину горы. На яркое алое пятно стало вовсе невыносимо смотреть.

— Не собираешься посвящать меня, ну хорошо… Давай хотя бы рубашку сменишь?!

Я сделала шаги, пока договаривала, подошла ближе, осматривая место в районе левой лопатки. Не знаю, почему решила, что без меня он не справится, но схватила пальцами обеих рук ткань на его спинеи потянула подол из брюк. Вероятно потому, что росла с братом-ровесником, я совсем не терялась в обществе парней, а дотронуться до кого-то из них совсем не считала проблемой, тем более когда человеку или не человеку нужна помощь.

Эраис застыл, ничего не делая. Все некогда заправленные края были высвобождены и мирно висели сверху кожаных низких брюк, таких же обтягивающих мужские бедра, как мой латексный комбинезон.

Маг молчал, позволяя доделать задуманное. Стоял, не шевелясь, наблюдая за движениями. Обойдя высокую фигуру статуи, я расположилась прямо перед ним, аккуратно развела края снизу и развязала завязки на груди и шее. Леденящий душу, пронизывающий плоть до самых костей, его взгляд сверлил в лице дыру, хотя и глаз-то у него не видно. Хотелось бросить все и бежать, сколько хватит сил, лишь бы избавиться от этого радиоактивного черноглазого магического излучения.

Я старалась не обращать внимание на замысловатые татуировки и выжженные шрамы в форме дьявольских печатей, но широкую мужскую грудь рассмотрела вдоль и поперек. Пальцы сами нашли путь, и на полсекунды я все-таки положила ладонь ему на грудь, обводя подушечками обожжённый узор... Поцеловать… Мне захотелось поцеловать его! О, Боже, нет! Я тряхнула головой, освобождая сознание от вдруг накатившей похоти, помогла аккуратно стянуть рубашку, отлепляя уже кое-где присохшую ткань к краям раны и вернулась к спине.

Такая широкая и вся изувеченная. На коже не нашлось живого места, каждый сантиметр был иссечен старыми и новыми шрамами, что уходили толстыми кровяными бороздами в глубокие болезненные ссадины.

Я заплакала. Никогда такого не видела. То ли от жалости, то ли от страха, слезы потекли ручьем.

— Ты что, плачешь? — Эраис недоумевающе уставился на моё лицо.

— Да. Почему ты дал мне посмотреть. Я в шоке! Мне кажется, я чувствую сейчас всю эту боль за тебя.

— Ты все равно бы увидела. Какая разница когда.

— Мне — большая! Что это такое? Почему здесь вырезаны символы?

— Это защита от Демона, что живет во мне.

— Как это? Ты одержимый? И как помогают тебе эти раны?

— Они помогают не мне, а тебе. Заклинание на теле не даст ему выйти, пока ты рядом.

— И на сколько хватает защиты?

— Пока кровоточит.

— О, Господи! Ты сделал себе больно, потому что я иду с тобой? Да? Этовсе из-за меня?

Эраис помолчал, разглядывая мое покрасневшее мокрое лицо. Краем глаза я заметила, как дернулась его рука, но, по всей видимости, он тут же передумал утирать девичьи слезы.