Книга Власть, страница 39 – Александр Владыкин

Произвела на эльфийку впечатление работа троек имперских магов, где двое огневиков формировали огненный щит, а воздушник превращал его в настоящий,выжигающий все на своем пути, вихрь.

— Да, — ответил я, дозировано наполняя каналы Дианы фиолетовой энергией и следя за работой эльфийского артефакт жизни. — Я так и собирался. Сейчас с Дианой закончим, и займусь тобой.

Но сразу усилить эльфийку не получилось. Когда Диана спустя минут десять после завершения ритуала пришла в себя, и Элениэль сразу протянула ей три своих амулета, дроу раздраженно оттолкнула ее руку и глядя на меня расширяющимися зрачками, глухо произнесла.

— Элениэль, выйди отсюда. Быстро! А ты Ричард… Ты сам это сделал. Так что теперь не удивляйся!

Мда… Конечно, до Алиры темперамент Дианы все-таки не дотянул, но о тихой и нежной девушке мне пришлось забыть. Часов на шесть примерно.

— Все, — произнесла устало Диана, обмякая на мне. — Передай мне теперь, пожалуйста, те амулеты, что Элениэль возле постели оставила. Надеюсь, такая реакция у меня была только в первый раз. Потому что постоянно я такое испытывать не хочу, хотя это и было неописуемо.

Да уж. Даже мне, несмотря на мое магическое усиление, пришлось раза три добавлять себе энергии жизни, чтобы не ударить в грязь лицом. Но ничего не поделаешь, зато теперь Диана, чьи теоретические знания по магии уступают разве что Элифасу, стала настолько сильной и практически, что я могу за ее безопасность больше не переживать.

На следующий день я усилил и Элениэль, но тут все прошло, как и всегда, легко и просто. Все-таки природная магия, которой она владеет, значительно упрощает все манипуляции с магическими каналами. Почувствовать что-то Элениэль может только в том случае, если сама этого захочет, ослабив ее воздействие. Разумеется, девушка захотела. Еще четыре часа вычеркнул из того времени, что у меня оставались на подготовку к походу на Кордобус. Впрочем, на этот раз я все сделал поздно вечером, так что пожертвовал только своим сном.

Наконец, у меня нашлось время для того, чтобы обсудить с Элифасом предстоящее превращение в магиню Изабеллы. Архимаг давно уже изучил рисунок тех рун и узоров, которые нам предстояло нанести на тело моей старшей жены, и пришел в неописуемый восторг.

— Ричард! — не сдержался он, не успев даже войти в мои рабочие покои и пренебрегая хоть каким-то этикетом (впрочем, ректору академии я это в неофициальной обстановке сам разрешил,чтобы не терять время на разные долгие титулования). — Это нечто невообразимое! Пройдя по всему рисунку руна за руной и узор за узором, я как будто курс в магической академии древних прошел. Здесь столько простоты в решениях и одновременно глубокой проработки всех магических процессов. Мне не терпится скорее использовать полученные знания. Когда мы выезжаем в Турвальд к императрице? Я нисколько не сомневаюсь, что все пройдет успешно. И скоро наш мир увидит величайшую магиню!

Вообще-то, я собирался отложить проведение ритуала над Изабеллой до моего возвращения из Кордобуса. Уже в статусе Великого императора Юма и Блазии. Такую формулировку Родрик предложил.

— Так будет правильнее, — сказал он. — По крайней мере, на первых порах. Не стоит унижать блазийских аристократов, которые поколениями уже привыкли называть свою империю не иначе, как Блазия. Но и Юм принижать нельзя тоже. Кроме того, титул Великий император сразу возвышает тебя, а, следовательно, и всех твоих подданных над Кортией, чей император приставки Великий не имеет.