Книга Приговоренный жених, страница 92 – Александр Владыкин

Из ее речи я узнал, что онасчитает Элениэль своим особым кровным врагом. Или врагиней? Не важно, суть от этого не меняется. То есть светлые эльфы для дроу изначально кровники, но вот эта вот конкретная принцесса — особенно. И заслужила она это почетное звание тем, что когда-то (когда, я не понял) убила ее «мальчика». В смысле — мальчика Алиры. Мда… Если моя эльфийка убила сына королевы, то, пожалуй, я последнюю понимаю. Месть матери — страшная сила. Но потом я вспомнил, что «мальчиком» Алира и меня называла. И придавала этому слову совсем другое значение. И оказался прав.

— Не больно-то он от тебя в восторге был, — насмешливо крикнула королеве Элениэль. — Раз на имперском балу от меня не отходил. Или ты его слишком часто секла? Я слышала, что ты именно так удовольствие со своими мужьями получаешь. Или ты больше любишь, когда они тебя⁈

— Что⁉ — взревела Алира и едва не бросилась на светлую принцессу.

— Что слышала! — звонким голосом ответила та. — А убить мне его пришлось, потому что по-другому он не понимал, насколько мне противен. И как темный эльф, и как твой нежный песик!

— Поединок по праву мести! — своим «мелодичным» голосом провозгласила Алира и воздела меч над головой.

— Что? Биться сейчас будут? — услышал я запыхавшийся голос Изабеллы, которая только сейчас смогла меня догнать.

— Я запрещу, — ответил я, полагая, что, как было и при дворе Конрада Третьего, вызывающей стороне нужно получить для этого согласие местного властителя.

— Это не дуэль, — разочаровала меня Изабелла. — Ты не можешь Алире запретить вызвать принцессу. Она объявила поединок по праву мести. Но ты можешь запретить Элениэль выходить в круг, — лукаво улыбнулась она.

Тем временем и темные, и светлые эльфы отступили в стороны, освобождая пространство для предстоящей схватки. Алира стояла, небрежно помахивая своим огромным мечом, и поджидала противницу.

А та. Та давала какие-то последние указания одному из своей свиты. Было видно, что собеседник спорит, но переубедить в чем-то принцессу не может. Похоже, он пытается уговорить Элениэль не принимать вызов, подумал я. И тогда что? Тогда позор для принцессы и общая свалка, в которой погибнут все. Правда, последнюю я уже имею полное право запретить. Мне все-таки есть чем пригрозить, если меня не захотят послушаться.

Нет. Выходит светлая красоткавперед. Как же жалко и она сама, и эта ее катана выглядят на фоне темной королевы. Тут никаких вариантов нет. Победительницу я могу назвать уже сейчас, и это будет Алира. Стоп. Да ведь Элениэль тоже это понимает и идет на это не только сознательно, но даже с какой-то обреченной радостью. Ну да! Конечно. Она же отдала мужчине (мне, то есть) свой брачный перстень, а это для нее, как сказала Изабелла, хуже смерти. Вот и хочет и свою свиту от гибели спасти, и сама уйти красиво. Так дело не пойдет. И принцессу мне жалко, нельзя такую красоту губить, и вину определенную перед ней чувствую, перстень я ведь ей не отдал, благородство не проявил, и пригодится она мне для войны с графом Сиверсом. Да и вообще. Что именно вообще, четко сформулировать пока не могу, но чувствую, что оно есть. И какое-то приятное.

Выхожу вперед.

— Элениэль! — не терпящим возражений тоном произношу так громко, чтобы все слышали. — Подойди ко мне!