Книга Приговоренный жених, страница 30 – Александр Владыкин

Но герцогине плевать (так и сказала — плевать!) на претензии Гилберта, и она и дальше собирается проводить со мной ночью столько времени, сколько захочет. Вот так! Сколько захочу или смогу я, в данном случае в расчет не принимается. А принцу никогда и ни с кем такого не светит, потому что у него… Ну, вы понимаете. Тут она по второму кругу пошла.

Были и еще любопытные для меня новости. Во-первых, королева не является матерью Изабеллы. Та называла ее то «твоя мать», то «моя тетушка», из чего я сделал сначала ошибочный вывод, что мне в качестве жены подсунули не дочь короля, а его племянницу. Обманули! Но потом понял, что все в порядке. Просто король сначала был женат на матери Изабеллы, а когда та скоропостижно скончалась спустя год после ее рождения, не мудрствуя лукаво, женился вторым браком на младшей сестре своей покойной жены. Действительно? А чего заморачиваться и кого-то искать? Породнился уже с одной семьей, так и женись по очереди на ее представительницах.

Кстати, именно из-за этого и произошел, пусть и неполный, разрыв отношений с официальной церковью, которая считала младшую сестру жены родственницей (или это называется свойственница?) короля и согласия на брак на давала. Но Конрад Третий оказался мужиком упертым и вместо того, чтобы пойти на попятную и выбрать какую-нибудь другую виконтессу или баронету, предпочел назначить самого себя главой турвальдской церкви. Если не ошибаюсь, что-то подобное было и в моем мире, но там английский король решился на подобный кунштюк то ли, когда в пятый раз женился, то ли — в седьмой. В общем, Конрад своего земного коллегу обошел.

Так-то веселая у нас семейка получается. Моя жена мне полужена. Принц — одновременно и сводный брат моей жены и двоюродный. Королева приходится Изабелле и мачехой, и теткой. А сама (в смысле королева) является с точки зрения империи и других королевств не совсем законной супругой короля. И все это еще замешано на вопросе престолонаследия.

Латиноамериканские сериалы тихо курят в сторонке, роняя скупую слезу. Осталось, чтобы еще из леса вышел дедушка короля, который, будучи пятьдесят лет назад бабушкой, заблудилсяи потерял память, а сейчас она к нему/к ней вернулась. Все танцуют ламбаду и травят друг друга неопределяемыми наукой ядами тропического паука.

Ладно. Отвлекся. Вернемся к «во-вторых»… Тем более, что это «во-вторых» оказалось куда важнее. Потому что касалось не скандальных сплетен, а политических раскладов. И были они довольно стремные.

Первое. Если принц не сможет произвести на свет потомство, а его мужская сила под большим вопросом, то престол Турвальда перейдет к будущему сыну Изабеллы. Надеюсь, что от меня. Но это полбеды. Потому как вопрос далекого будущего. Хуже другое. Когда мой тесть отойдет в мир иной, его сына вполне могут признать незаконнорожденным и лишить короны. Кому она тогда достанется? Угадайте с трех раз. Нет, не Изабелле. Женщины в этом мире могут быть только регентами. Значит — нашему сыну, если он к тому времени появится на свет. И теперь становится понятным, почему этот юноша с горящим взором и маленьким достоинством (не тем, которое чувство) так хотел меня уконтрапупить. Тут и противоестественная тяга к своей дважды не родной сестре, и попытка помешать ей на законных основаниях лишить его трона.