Книга Спасение для лжепринцессы, страница 45 – Ульяна Муратова

– Никто не виноват, что твой любовник оставил тебя одну, – Мейер сначала сжал вилку в кулаке, а потом положил её на тарелку и отодвинул от себя. – И никто не виноват, что ты решила с ним сбежать.

– Не было никакого любовника, Мейер, – устало откликнулась я. – И даже на дирижабль я попала случайно.

– Случайно сбежала из дома, пока все спали, случайно не оставила даже записки и случайно оказалась у входа в отправляющийся в Файмарг аэростат? – хмыкнул Мейер. – Согласен, твоя жизнь полна невероятных случайностей. Возможно, и вилераду ты подхватила случайно. Ветром надуло, – сердито закончил он.

– Отчего же ветром? – вскинула я подбородок. – Я придерживаюсь версии, что это ты меня заразил.

От этого заявления у Мейера даже дыхание перехватило. Он вскочил, задев столик, и посуда тревожно звякнула, а из его чашки выплеснулся на поднос травяной чай.

– Поражаюсь, как тебе хватает наглости такое говорить, – выдохнул он, широко распахнув глаза. – Но аплодирую стоя. Ты великолепна в умениизаставить меня сомневаться во всём. Не удивлюсь, если тебя специально этому обучали.

– Мейер, пожалуйста, сядь и давай поговорим спокойно. Кларас сказал…

– Мне не интересно, о чём ты общалась с Кларасом всё это время. Судя по его поведению, ему ты уже успела пустить тумана в глаза, как и мне, – прорычал Мейер, и я поняла свою ошибку.

Я зря попыталась сослаться на Клараса. Если предположить, что Мейер действительно меня любит (а с чего бы ему иначе срываться с места и лететь следом за мной?), то он сходит с ума от ревности и обиды. В его картине мира я – гнусная изменница, манипуляторша и демон в юбке. И ему действительно больно. Внутри всё сжалось от сочувствия и обиды на несправедливость.

– Мейер, пожалуйста, успокойся, – мягко попросила я. – Я очень благодарна тебе за спасение. Между мной и Кларасом ничего нет. Совсем ничего. Но я понимаю, что на слово ты мне не поверишь. Пожалуйста, не злись. Давай поговорим спокойно.

– Не хочу разговаривать! Мне кажется, что ты способна всё на свете вывернуть наизнанку и представить так, будто это все вокруг виноваты, но не ты. Я ни разу не встречал настолько коварного человека, Лисса. Или Лиза. Извини, я совсем запутался в твоих именах!

Я поднялась на ноги и встала перед вилерианцем, заглядывая ему в глаза.

– Мейер, я тебя понимаю. На твоём месте я бы чувствовала себя точно так же. Проще представить меня абсолютным злом, чем поверить, что всё это стечение очень маловероятных обстоятельств. И самое страшное, что я связана такими клятвами, что даже ничего не могу тебе открыть. Но поверь, я не лгу. Пожалуйста, просто выслушай. И попытайся поверить. Иногда наше сердце гораздо мудрее разума. Ты же хочешь мне верить…

– Это и пугает больше всего, – глухо отозвался Мейер. – Извини, Лиза, но сейчас разговора не состоится, для начала мне нужно остыть.

Он вылетел из комнаты с такой скоростью, словно за ним гналась сама смерть.

Я разочарованно опустилась на кровать, через силу доела потерявший вкус омлет, прибрала еду на столике и накрыла тарелками, чтобы не заветрилась, а потом забралась под одеяло. С каждым следующим разговором пропасть между нами только росла, и я боялась начинать новый. Но в то же время и отступиться не могла, потому что понимала, что сейчас из-за этих недомолвок и недосказанности больно нам обоим. Особенно – ему.Мне отчаянно хотелось, чтобы Мейер перестал страдать из-за несуществующей причины. И в то же время я сердилась и обижалась на него. До чего же упёртый вилерианец мне достался! Неудивительно, что ему отдали принцессу, небось, всех замучил до икоты. Так невольно начнёшь сочувствовать Лалиссе в том, что ей пришлось по всей вселенной мотаться и искать двойника, лишь бы за этого Мейера замуж не выходить.