Книга Спасение для лжепринцессы, страница 126 – Ульяна Муратова

– Исключено, ненаглядная, – уверенно сказал Мейер. – Хочешь присесть? Тебе вообще не стоит вникать в происходящее.

Но разве можно не вникать? Раз я заварила этот чайный пакетик, мне его и выкидывать в мусорку.

После принесённой Мейером клятвы энтузиазма у судей поубавилось. Они о чём-то посовещались между собой, а затем задали ещё несколько нарочито интимных вопросов, от которых щёки у меня загорелись огнём.

Мейер отвечал с невозмутимой холодностью и смотрел на судей прямо и уверенно, одной рукой обнимая меня за талию, пытаясь защитить от этого если не позора, то стыда.

– То есть мы установили, что вы, кор ответчик, касались руками рта и причинных мест коны истицы, – подвёл итог салатовый жучила. – На мой взгляд, ни о каком заражении черезкровь тут и речи идти не может. Меньше надо заниматься рукоблудством и тщательнее после этого руки мыть.

Неужели они нарочно пытались вывести его на эмоции? Но зачем?

– Если бы всё обстояло именно так, симптомы проявились бы через несколько часов. А не дней, – ледяным тоном возразил Мейер. – В любом случае я признаю себя источником нечаянного заражения. Это обсуждение неприятно Лизе, и я хотел бы закончить его как можно скорее. Или вы собрались здесь для того, чтобы помучить вилерианку?

Салатовый недовольно поджал губы, алый возмущённо вспыхнул дряблыми щеками, а самый молодой, одетый в бордовое, согласился:

– Я солидарен с ответчиком, выяснение необходимо закончить. Ситуация очевидна. Обращаюсь к вам, кона истица, – посмотрел он на меня. – Клан Винраут хотел бы предложить вам помощь и защиту, если это необходимо. Мы выражаем искреннее сожаление, что вам пришлось пройти через трансформацию без нужной поддержки. На территории нашего клана такого бы не произошло.

На лице Мейера проступили желваки.

– Благодарю, но у меня достаточно поддержки на данный момент, – ответила я. – И дело не в клане, а в неординарной ситуации и заражении через кровь.

– Каждый, кто не соблюдает элементарную гигиену, потом кивает на неординарные пути заражения, – проскрипел старик в белом и объявил: – Суд удаляется для обсуждения вердикта.

Когда судьи вышли из комнаты, с плеч словно тяжеленную бетонную плиту сняли. Я уткнулась Мейеру в грудь и глубоко дышала, чтобы не разреветься. Одной рукой он обнял меня крепче, а другой махнул родителям и дяде.

– Приветствую. Как добрались?

– С трудом смогли купить билеты. В остальном – обыкновенно, – ответил конкор Феймин. – Рад видеть, что с вами всё в порядке, кона… – он на секунду замялся, запутавшись в моих именах. – Лиза.

– Здравствуйте, – коротко ответила я, испытывая дикую неловкость.

Мало того, что подала на родителей бывшего и, вероятнее всего, будущего парня в суд, так они ещё и с каменными лицами слушали, как нашу интимную жизнь гурьбой обсуждают судьи. Лицо у меня было не просто красным – алым, как плащ Раутура.

– Лиза, я хотела бы ещё раз попросить прощения за то, что произошло, – проговорила свекровь. На контрасте с моим, её лицо напоминало ледяную маску, но глаза выглядели припухшими и покрасневшими. Держалась она, тем не менее, с максимальнымдостоинством. – Если бы мы все знали правду с самого начала, все сложилось бы иначе.

Я промолчала. А что тут скажешь? Может, она и правда раскаивается, но стоило только на неё посмотреть, как в голове звучал звон катящегося по полу металлического кувшина.