Онлайн книга «Ловушка для лжепринцессы»
|
А ведь с ним было так хорошо! Надёжно, спокойно, безопасно. Даже если все остальные вилерианцы такие же, никого другого я не хотела. Успела сродниться с этим. Вспоминала его лицо, прекрасные рисунки, которых он так стеснялся, низкий голос и заботливые руки, и хотелось выть от боли. Что с ним теперь сделают? Добьют и оставят на растерзание каким-нибудь местным волкам? Или просто бросят умирать от холода в снегу? Слёзы катились и катились, под щекой собралась противная мокрая лужа, влага не впитывалась в меховую подкладку плаща, на который меня положили. Я молча рыдала, представляя, как плохо и холодно ему умирать там одному… Когда Мейер вдруг вернулся на своих двоих, я чуть в обморок не отъехала от счастья. Живой! Не замёрзший насмерть! Такой родной! Злющий, правда, до ужаса, весь грязный, мокрый и всклокоченный. Он откинул в сторону полу накрывавшего меня плаща и взял за обе руки, сжав их в неожиданно горячих ладонях. От счастья я заревела ещё сильнее, а от взгляда на его рассерженное лицо с прилипшей к щеке веточкой, стало легко и хорошо. Хотелось протянуть руку и убрать дурацкую веточку, но я даже губами шевелить не могла, не то что руками. Внезапно в меня хлынул поток уже настолько привычной силы вилерианца. Под кожу словно налили «Колы», а потом добавили таблетку «Ментоса». Кровь противно забурлила, всё тело закололо мерзкими иголочками, будто я отсидела его целиком, включая такие места, на которых сидеть в принципе невозможно. Постепенно ощущение пузырения под кожей усилилось, а я наконец смогла пошевелить пальцами и даже улыбнуться. Вот только Мейер не улыбнулся в ответ. — Я сказал тебе не выходить из палатки, — сурово смотрел он на меня. — Лисса, ты хоть понимаешь,что могла погибнуть?! От его тяжёлого взгляда всё противно сжалось внутри, вся радость улетучилась, а тканевый полог палатки будто просел и принялся наждачить мои оголённые нервы. — Я и не собиралась выходить… я просто выглянула… подумала… — начала было я, с трудом ворочая языком, но договорить он не дал. — Нет, Лисса, — твёрдо и уверенно оборвал Мейер. — Ты должна слушаться. И должна была сидеть в палатке. В безопасности, под защитой полога. Это в своём поместье женщина может делать что угодно. Устанавливать любые порядки. Мужчина обязан подчиниться и уступить. Но как только пара выходит за пределы дома, главным становится мужчина. А женщина должна исполнять приказы беспрекословно! Ты должна исполнять мои приказы, Лисса! — Или что? — с обидой спросила я. — Или я разочаруюсь в твоём уме и способности мыслить логически, — отрезал вилерианец. — Я очень на многое готов пойти ради тебя. Ты даже не представляешь пока, на что именно. И на многое готов закрыть глаза. Но не на откровенное непослушание в походе! Вне дома любое неверное движение может привести к ранению, похищению или смерти. Поэтому ты будешь слушаться моих приказов, Лисса. Особенно когда мы на чужой территории. Мейер не повышал голоса, не угрожал, не ставил ультиматумов. Но я прониклась. Таким же жёстким взглядом, кованным из бордовой стали, он смотрел на короля Гленнвайса, и теперь я отлично понимала, почему тот отвёл глаза. Сама не выдержала и сделала то же самое. Жалобно всхлипнула и поджала губы. — Я всего лишь… — Нет, Лисса. Никаких оправданий. Я сказал ни за что не выходить. А ты вышла. Это было очень глупо, недальновидно и опасно. Ты могла погибнуть, понимаешь? Ты слишком слабая… то есть хрупкая, чтобы противостоять нашим заклинаниям. Хорошо, что лёмуном тебя задело совсем чуть-чуть, — голос вилерианца стал чуть мягче. — Покажи место ожога. |