Книга Испытание, страница 85 – Трейси Вульф

Вид у нее чертовски свирепый – волосы выкрашены в красный, оранжевый и желтый цвета, так что ее голова как будто объята огнем. Глаза густо подведены карандашом, а одежда черна, как уголь.

– Твои волосы смотрятся потрясно, – говорю я.

Она отвечает коротко:

– Я решила, что настало время для перемен.

– Мне они нравятся, – заверяю ее я. – Ты выглядишь невероятно.

– Играй роль, пока роль не станет тобой, да? – говорит она, печально скривив губы, и у меня все сжимается в груди.

– Да, что-то в этом духе, – соглашаюсь я и делаю ей знак сесть на край кровати. – Как у тебя дела?

Она закатывает глаза.

– Я хотела посетовать на мою мать, но это может подождать. – Она показывает на обрушившуюся стену и, взмахом своей палочки мгновенно высушив мою одежду, кладет ее обратно в поясную сумку. – Ты решила сделать здесь небольшой ремонт с утра пораньше?

Я пытаюсь пропустить это мимо ушей, но она бросает на меня предостерегающий взгляд, и я передумываю. Я глубоко вздыхаю – мне совсем не нравится думать о том, что все это значит – и говорю:

– Хадсон считает, что моя зеленая нить каким-то образом связывает меня с Кровопускательницей.

– С Кровопускательницей? – Глаза Мэйси округляются, голос становится немного похожим на писк. – С той самой Кровопускательницей, которая живет в пещере и является самым опасным сверхъестественным существом на планете?

– А что, разве есть какая-то другая? – сухо спрашивает Хадсон.

– Господи, надеюсь, что нет. – Она делает вид, будто содрогается. – Ну и какие это вызывает у тебя чувства? Как тебеэто?

Я перевожу взгляд на спину Джексона, который вместе с Мекаем разбирается с разрушениями в ванной. Он ведет себя как ни в чем не бывало, так, будто не прислушивается к нашим словам, но, услышав вопрос Мэйси, на мгновение останавливается, и я понимаю, что он ждет моего ответа. Однако куда более странно другое – он, похоже, ничуть не удивлен тем, что между мной и Кровопускательницей существует какая-то связь. Я отмечаю про себя, что надо будет спросить его об этом, затем опять поворачиваюсь к Мэйси.

– А как ты думаешь, какие чувства это может во мне вызывать? Мне хочется блевать. Она ужасна, и, клянусь, если я узнаю, что я сопряжена и с ней, то я повешу на гвоздь и мои крылья, и мою Корону, и все вообще.

Хадсон смеется.

– Узы сопряжения работают не так. Невозможно иметь много разных уз с теми, с кем вас не связывает взаимный интерес.

– Да уж, я это уже слышала, – фыркнув, перебиваю его я. – И вот куда меня это привело.

– Ты сопряжена со мной – вот куда это тебя привело. – Он пытается изобразить возмущение, но хохочет так, что из этого ничего не выходит.

– И что же ты хочешь сделать? – помолчав секунду, спрашивает Мэйси.

– Что я хочусделать? Или что, как я считаю, мы должнысделать?

Она смеется.

– Недалек тот день, когда два этих варианта будут означать одно и то же.

– Но этот день не сегодня.

– Я так и думала. – Она делает паузу, наматывая один огненно-красный локон на палец и избегая моего взгляда. – Как ты думаешь, ей что-то известно о моей матери?

– Честно? Думаю, ей что-то известно обо всем. И ты однозначно должна будешь спросить ее об этом, когда мы отправимся к ней.

– Значит, мы все-таки отправимся к ней? – спрашивает Хадсон.

– Тут речь опять идет о разнице между «хотим» и «должны». Разумеется, мы отправимся к ней. Хочу ли я этого? Совсем не хочу. Но у меня к ней есть вопросы, и у Мэйси тоже, и мы обе заслуживаем ответов.