Книга Испытание, страница 242 – Трейси Вульф

Но с меня хватит. Мне надоело доказывать что-то каждому встречному и поперечному. Да, я допускала ошибки. Но есть чертова уйма тех вещей, которые я сделала правильно. И мне осточертело извиняться за то, что я опоздала на вечеринку. Я королева горгулий, и я непременно спасу мой народ. Так или иначе, Честейн отдаст мне кольцо, даже если мне придется снять это кольцо с его мертвого тела.

Поэтому я подаюсь вперед и смотрю прямо ему в глаза, полные гордости и боли.

– Тогда твое желание исполнится, – говорю я. – Если я не отдам это кольцо Сайрусу, он убьет сотни подростков, не говоря уже обо всех учителях и персонале Кэтмира. Я не могу этого допустить – и не допущу. Я не смогла им помочь, когда их захватили в плен, но я, черт возьми, смогу сделать так, чтобы они оказались на свободе.

Он щурит глаза, будто пытаясь понять, лгу я или нет, но я игнорирую его.

– Нет, Честейн,Армия горгулий не погибнет без этого кольца. Я знаю, вы не будете жить, не по-настоящему. Но вы и не умрете, – пытаюсь объяснить я. – Но эти подростки… Если я не отдам это кольцо Сайрусу, он будет их мучить. И поэтому да, я выбрала меньшее из двух зол. Я могла либо позволить Армии горгулий продолжать жить не по-настоящему в пределах ее замороженного Двора, либо спасти этих ребят, и я выбрала ребят. Но это не значит, что я отреклась от моего народа. Я непременно найду способ исцелить нашу армию и освобожу тебя. И мне, в общем-то, все равно, веришь ты мне или нет. Ты хочешь знать, почему? Потому что я твоя чертова королева, и ты выполнишь мой приказ. А теперь укрепись!

Честейн кашляет, затем закрывает глаза, и я вижу, как его тело терзает боль. На это тяжело смотреть – ведь я знаю, что эту боль принесла ему я. Как знаю, что он может положить этому конец, но он слишком упрям, чтобы это сделать.

– Тебе достаточно было с самого начала сделать одно – сказать мне правду. Предназначение горгульи состоит в том, чтобы защищать тех, кто не может защитить себя сам, и самые драгоценные из беззащитных – это дети. Я бы отдал тебе кольцо в самый первый день, даже если бы это означало гибель моей армии. Горгулья всегда пожертвует жизнью, чтобы защитить беззащитных, Грейс.

От этих слов меня захлестывает стыд, потому что я всегда смотрела на него как на препятствие, на нечто такое, что надо обойти. Мне никогда не приходило в голову, что он может быть нашим союзником, что он может помочь мне всех спасти. И из-за того, что я даже не подумала об этом, я начинаю чувствовать себя плохим человеком – и даже более того, плохой горгульей.

Я знала, что горгульи были созданы для того, чтобы защищать, но не понимала, насколько тесно их предназначение переплетено с той задачей, которая сейчас стоит передо мной.

Но в этом виновата не только я.

– Что ж, в следующий раз дай даме шанс, лады?

Он кивает, затем разгибает пальцы, чтобы кольцо было легче снять. И говорит:

– Для меня было честью вести за собой наш народ и защищать его в течение тысячи лет. А теперь оно твое.

Я делаю глубокий вдох и хочу сказать, что я его не подведу. Но уже поздно – он обратился в камень.

В моем горле образуется ком, к глазам подступают слезы. Это удивляет меня, ведь мы с Честейном всегда были на ножах. К тому же перед тем, как обратиться в камень, он сказал мне много обидного.