Книга Шарм, страница 164 – Трейси Вульф

Думаю, из всех последствий того, что мы оказались заперты в этом мире, это худшее. Да, потеря Джексона и наших с ним уз сопряжения – это ужасно. Но потеря Хезер ничем не лучше. Мы с ней дружили больше десяти лет, и теперь все пошло псу под хвост.

– Что такое маринованные огурцы? – спрашивает Кауамхи, сморщив нос. – Это звучит странно. Как и маршмеллоу.

– Маринованные огурцы имеют соленый вкус с кислинкой, а маршмеллоу очень сладкое, – объясняю я. – По отдельности и то и другое, вкусно, но вместе… – Я кривлюсь.

– Если только ты не Хезер, – говорит она с улыбкой, в ответ на которую улыбаюсь и я, вспомнив странности лучшей подруги.

– Да, если только тыне Хезер. – Я откусываю еще один кусок ледяной стружки со вкусом лимона, пока мы обходим целующуюся парочку. – К сожалению, лакомства вроде этого будут перепадать мне нечасто, пока я не найду другую работу.

Кауамхи вопросительно поднимает бровь:

– А что случилось с твоей работой на ферме?

– Оказывается, работать на ферме получается у меня плохо. – Я качаю головой, вспоминая все, что произошло за те два дня, что я проработала на ореховой ферме. – Очень, очень плохо.

– А как насчет места секретаря в приемной врача?

– После двух дней работы мне вежливо сообщили, что я не гожусь на эту должность, – угрюмо отвечаю я. – Я все время нажимала не те кнопки и бросала трубку, когда звонили пациенты. А также, кажется, забывала брать оплату с пациентов до того, как они уходили, а затем выставляла следующему пациенту двойной счет.

Она смеется, затем пытается замаскировать свой смех с помощью кашля, когда я в шутку делаю сердитое лицо.

– Но, кажется, ты попытала счастья еще в каком-то месте?

– Да. – Я вспоминаю те несколько часов, которые провела на свечной фабрике. – Но я не хочу об этом говорить.

– А, ну ладно. – Она вскидывает руки вверх, показывая, что сдается.

– Я и не подозревала, что я такая неумеха, – говорю я, вздохнув. – Не понимаю, как я могла оказаться непригодной для стольких видов работы?

– Ничего, ты еще найдешь дело, которое тебе подойдет. – Она бросает остатки своей ледяной стружки в урну. – Просто для этого тебе нужно время.

– А что, если такого дела просто не существует? – спрашиваю я, сделав то же самое. – Потому что, если честно, сейчас я вообще не думаю, нравится мне та или иная работа или нет. Я просто хочу найти такую работу, которую не запорю. И мне кажется, что я прошу не слишком многого.

– Мы с ребятами могли бы научить тебя жонглировать.

– Ну уж нет, только не это, – фыркаю я.

– Да ладно, может быть, у тебя получится…

– Нет, – повторяю я.

Она вздыхает:

– Ну хорошо. Я буду искать в городе объявления о приеме на работу. А сейчас мне надо встретиться с ребятами, чтобы порепетировать для сегодняшнего фестиваля.

– Разве вам нужны еще репетиции? – удивляюсь я. – Вы же и так поете великолепно.

Она закатывает глаза:

– Повторенье – мать ученья. Если хочешь, можешь пойти со мной. Только прошу тебя – не пой.

Я смеюсь:

– Это заманчивое предложение, но думаю,мне лучше продолжать ходить по городу, высматривая объявления о вакансиях. Может быть, найдется какой-нибудь магазин, в который я еще не подавала заявление об устройстве на работу.

– И, вероятно, таких магазинов много. – Кауамхи обнимает меня одной рукой. – Не беспокойся. Ты обязательно что-нибудь найдешь.