Книга Позор рода, или Выжить в академии ненависти, страница 52 – Анастасия Милославская

Я оборачиваюсь с выражением лица, явно говорящем о том, что лучше ко мне не лезть.

Но проход загораживает высокая мужская фигура. Флейм делает шаг внутрь и медленно закрывает за собой дверь.

— Это женский туалет, — вырывается у меня. — Иди куда шёл.

Поразительно! В огромнейшей академии мы сталкиваемся постоянно. Это начинает раздражать. А ведь я думала, что почти не буду видеть Майрока.

— Так может я шёл сюда?

Ещё лучше.

— Преследуешь меня? — я нервно комкаю мокрую салфетку в руке.

Хочу, чтобы он ушёл. Настроения собачится с этим подонком нет. При мысли о том, что есть хоть малейший шанс, что он мой истинный, становится дурно.

Флейм идёт ко мне, останавливается буквально в паре десятков сантиметров. Возвышается надо мной в полутёмной комнате. Воздух вокруг сразу нагревается.

— Я думаю, ты преследуешь меня. Понравилось, что увидела вчера? — спрашивает он.

Щёки начинают краснеть, когда я внезапно вспоминаю, о чём он. Я судорожно сглатываю, но взгляда не отвожу.

Пытаюсь успокоится, не нужно давать ему повод для издёвок.

— Тебе не кажется, что для этих дел есть места поукромнее, — отбиваю я деланно ледяным тоном. — Или ты только и ждал, что кто-то пройдёт мимо и случайно увидит?

Майрок ухмыляется. Его губы растягиваются в жёсткой циничной усмешке.

— Для этих дел? Тебе что пятнадцать? Мы занимались сексом, Медея. Кому-то пора повзрослеть и называть вещи своими именами.

Он нашёл брешь в моей броне и теперь давит туда. Циничный и подлый мерзавец.

— Ты ничего обо мне не знаешь, —презрительно выплёвываю я. — Я давно повзрослела. Мне тогда было четырнадцать, Флейм.

— Ну почему же не знаю? — Флейм слегка склоняет голову в бок. — Медея, теневой домен, наследница рода Найт. Когда-то старшая и любимая дочь, подающая большие надежды. Когда-то завидная невеста. Многие в высшем свете тогда гадали, ты выйдешь замуж, оставив власть брату, или сама возглавишь род Найт.

Его «когда-то» царапает изнутри. Да, так и было… но всё изменилось.

— В четырнадцать тебя признали нестабильной, запечатали магию и отправили в пансион для ущербных. Ты росла с кровомесами, не так ли? С отбросами общества?

Каждое его слово будто вколачивает в меня гвоздь. Я чувствую, что ломаюсь. Мне хочется сдаться и просто убежать. Закрыться от всего мира. Но ведь я не выбирала свою судьбу! Моей вины в том, что было, нет! Но почему-то я снова чувствую себя ущербной.

Майрок всё-так же глядит прямо мне в глаза. Он склоняется всё ближе, мы едва не соприкасаемся. Странное чувство ползёт под кожей, у меня всё тело горит огнём. Его запах окутывает меня. Я делаю резкий вдох и понимаю, что мне до отвращения приятно вдыхать этот аромат. Хочется подавится воздухом и сдохнуть. Лишь бы не испытать это чувство снова.

— И ты хочешь сказать, что в этом злачном местечке ты осталась такой невинной и благочестивой? По твоему вызывающему поведению не скажешь. Ответь, многие уже трахали тебя, а, Медея? — Майрок почти рычит мне в лицо.

Его вопрос выбивает из лёгких весь воздух. Во взгляде Флейма будто бурлит демонический огонь. Я не понимаю какое ему дело? Я девственница, но будь у меня хоть сто партнёров, ему-то какая разница?

— Я могу постоять за себя, могу дать отпор тому, кто попробует тронуть то, что ему не положено, — мой голос должен звучать зло, но он дрожит, выдавая смятение