Онлайн книга «Миссия: соблазнить ректора»
|
— Вы ж моё милое солнышко! — умилился старичок. — Как вовремя! Прошу прощения, что не представился: Бран Остер к вашим услугам! Позвольте узнать и ваше милое имя… Я передала ему толстую картонную папку не без облегчения — сумка сразу стала гораздо легче — и не без злорадства: вот так-то, нечего Миару думать, что он будет мной командовать. С чего бы это вдруг?! Вы бы уж определились, верлад ректор. Или вы меня целуете и не открещиваетесь потом от данного факта — и тогда я готова к вам изредка прислушиваться, или мы действительно друг другу совершенно никто, меня ждёт тюрьма и вообще палач, и тогда я вас слушать попросту не желаю. А тем временем масляно-любезный Остер продолжал надо мной ворковать — некоторым бы не мешало поучиться манерам! Несмотря на почтенный возраст, дедок бодренько куда-то отлучился, вернулся, а вскоре к нам подошёл слуга, в результате чего я стала счастливой обладательницей чашки горячего шоколада, а кроме того тарелочки с изюмом, горки хрустящих крекеров и даже — чудо из чудес! — шарика мороженого. После этого я попыталась обнаружить в верладе положительные черты — и не с первого раза, но всё же обнаружила. Мороженое было отличным, а вот собеседником уважаемый ректор какой-то там Академии Льда и Пламени оказался крайне навязчивым. Правда, в отличие от многих, о себе не распространялся, а вот меня расспрашивал очень даже активно: — Милая лада, позвольте спросить, вы впервые в столице? …нравится ли вам Асветон? …где вы учитесь, по какой специальности? …ах, ох, такая сложная, такая мутная сфера, вся эта алхимагия, малоизученная и неочевидная, не то что благородная магия стихийная! …а может быть, вы переквалифицируетесь? Ну-ну, лада ещё так молода! И так очаровательна! Такие щёчки! …а что же родители?Где проживает семья прелестницы? Ах, далеко… Ну-ну, ну да… …вы же приехали с верладом Лестарисом? Вы его студентка? Только студентка, да неужели? Нет-нет, ни на что не намекаю, просто обычно наш дорогой Миар предпочитает женщин постарше! — тут я заскрипела зубами так явно, что даже сама себе удивилась. И рассердилась на собственную злость настолько, что переборола брезгливость и начала приветливо улыбаться склонившемуся надо мной приставучему старикану и даже что-то отвечать ему, невпопад. По всему выходило, что я прекраснейшее создание из всех существующих и существовавших, щёчки как персики, губки как перезрелая земляничка, к тому же создание бедное, одинокое и несчастное, нуждавшееся в сильном, добром и умном человеке рядом, дабы тот сделал мою жизнь лёгкой и необременительной, как она того заслуживала. И найти такого человека проще простого: стоит лишь оглянуться и увидеть, как счастье само плывёт мне же в руки — вот как-то так. Это он меня так соблазнить пытается, что ли? Смешно. Впрочем, нет — не смешно, а глупо, слишком уж в лоб. Я сочла, что верлад не может мной интересоваться всерьёз — я же не дочка казначея! — а комплименты расточает по привычке, чтобы продолжать чувствовать себя мужчиной в самом расцвете сил. Но моё внимание заострилось, как зуб у голодного упыря, стоило только пожилому ловеласу проскрипеть: — Ходят слухи, прикроют скоро этих ядоваров. Мыслимое ли дело! Что вообще удумали, а? Этак мы не только отравителей будем учить за счёт государственной казны, но и убийц, воров, карточных игроков… |