Книга Вышитые сны маленькой гианы, страница 116 – Олла Дез

Веселые вывески с кренделями, пирожными и тортиками украшали почти каждый дом, что добавляло ему уюта и домашности. А еще запах свежей выпечки, окутавший весь город, добавлял ему неповторимого колорита.

Скобяных, кожевенных, столярных лавочек тут не существовало. Вернее они были, но при булочной. Как так? А вот так. Заходишь в кондитерскую, а в соседней комнате аптека. Та же история с булочной, в которой мы с удивлением нашли торговца тканями. При этом вывеска громко зазывала нас отведать пирожных по особому рецепту, а совсем не найти новую ткань на платье. И так было везде.

Заметив наше недоумение и вытянувшиеся лица, при очередном посещении Пекарни и по совместительству ювелирной лавки, начальник охраны поспешил все нам объяснить.

Все эти заморочки с выпечкой никак не связаны со знаменитой сказкой. Да, детей вырвавшихся из лап ведьмы-людоедки здесь помнят и ценят, только вот пекарни и булочные на каждом углус ними не связаны. Это была дань Великому Голоду, случившемуся в городе много лет назад и скосившему половину населения. Помощь тогда пришла, но слишком поздно.

Великий Голод пришел в город и его окрестности не внезапно. Ему предшествовали рекордные для этой местности осадки. Дождь тогда лил не переставая, полностью уничтожив весь урожай. Но не только это обрушилось тогда на жителей. Домашний скот из-за жуткой сырости подхватил болезнь, скосившую коров, коз и овец. Страшные были времена. Ситуация ухудшалась еще и из-за полной неподготовленности жителей города и окрестных деревень к подобной ситуации. Запасов у людей не было — и как результат — многочисленные жертвы.

Пока послали за подмогой, пока король прислал подводы с продовольствием — прошло много времени. Люди погибали целыми семьями. Именно тогда появилась эта жуткая ведьма-людоедка, а потом и история Гензель и Гретель. В память о страшном голоде, город постоянно делает запасы зерна и печет хлеб, чтобы никто и никогда не забыл те страшные времена и история не повторилась.

А мне вдруг вспомнилось, что и в моем мире был Великий Голод, и как раз именно с ним связывали появление сказки братьев Гримм о Гензеле и Гретель. А еще вдруг встало перед глазами аллегорическое изображение голода в книге Апокалипсиса, рукописной Библии для бедных, вышедшей в Эрфурте в годы Великого голода. И это была… мантикора. Меня передернуло. Это никак не связано. Придет же подобная чушь в голову. Но вот спустя некоторое время я уже стала сомневаться в простом совпадении. Короля Гидеона здесь тоже не любили. И если гномы его просто недолюбливали, то здесь население именно с королем связывало все многочисленные жертвы Великого голода. Вернее не с Гидеоном, разумеется, а с его предком, правящем в те времена. Дескать и помощь не сразу прислал, и налогом обложил, поэтому у населения запасов не было, и еще много всего.

Начальник охраны был недоволен нашим желанием увидеть знаменитый дом-торт. Но был предупрежден заранее о нашем желании и, нахмурившись, кивнул и сказал.

— Никаких проблем. Отвезу и покажу. Но предупреждаю сразу, близко вы подойти не сможете, во избежание, так сказать.

— Мы и не собирались, а почему не сможем? — удивилась я.

— Потому что я подвезу вашу карету со стороны реки. Дом окружен с трех сторонрекой. Он как бы на острове, и мы посмотрим на него издалека. В противном случае я бы ни за что не рискнул. Его величество мне голову оторвет, если вдруг что.