Книга Дневники Фаора. Ламий в мегаполисе, страница 45 – Наталья Екимова

Увидев, что Фаила помогает своей Королеве при помощи магии, Эрика вызвала из Тартара Лиру и тихонько шепнула ей на ушко:

– Моргана явно играет не по правилам! Отвлеки эту голубоглазую стерву. Да так озадачь, чтобы у неё больше не было никакой возможности помогать своей госпоже жульничать.

Цветочная феечка проказливо улыбнулась и ринулась к намеченной жертве, восхищённо хлопая глазами и вереща от радости:

– Скажи, а каково это – быть фрейлиной самой Королевы Морганы? – когда её проигнорировали, девчонка сразу же оскорбилась до глубины души и в долгу не осталась.

Выпустила короткое заклинание, подслушанное ею у одной из ламий, когда она была в гостях. Лира превратила задаваку в странное растение. Оно цвело крупными цветами цвета засохшей крови и благоухало ароматами поля боя. Когда битва уже завершилась, но хоронить павших было уже некому.

Потом, решив, что веселью не хватает большего бардака, выпустила ещё несколько колдовских находок. Ведьмины плетения сделают результаты волшбы практически непредсказуемыми, но не позволят им выйти за пределы заведения Либера. Проблемы с Юпитером не нужны никому.

Моргана, бросив косой взгляд на чем-то сильно раздражающую её черноглазую девицу, швырнула в неё заклятье и с удивлением увидела, что с той ничего страшного не случилось. Оба ламия странным образом изменились. Они снова стали живыми существами из плоти и крови. Макс перестал быть смертным. Естественно, в планы интриганки подобный эффект не вписывался напрочь. Устранить же последствия собственной интриги ей так и не удалось.

– Королева, за тобой два должка. Один – фуриям. Другой – ведьме Иветте. Мы подумаем о том, что взять с тебя в качестве виры! – Мегера призвала на помощь всю силу своего недюжинного актёрского таланта, чтобы никому и в голову не пришло оспорить её решение.

Ни мне, ни Аору, естественно, совсем не пришлось по вкусу, что мы лишились в одночасье всех достоинств своего народа. Макс лишьмысленно поблагодарил всех богов, какие только пришли ему на ум, за то, что его не трансформировало в кровососа или ещё во что похуже. Впрочем, ещё не вечер, как говорится!

Выражение же тихого восторга на симпатичной мордашке Лиры и вовсе не понравилось никому. Впрочем, цветочная феечка уверила нас, что чары не действуют на тех, кто уже хоть раз подвергся их причудливой игре.

«Макс, тебе придётся скрывать от всех, что уже больше не человек. Ты перестал быть и любимой игрушкой Талеи. Зеркало никуда не денется, но от его цепей ты теперь избавился навсегда. Ей придётся считаться с тобой, как с равным!»

Тихий голос Нокс, прозвучавший в голове мужчины, был задумчив и чуть печален. Певец криво усмехнулся и подумал, что на этот раз три феи сами себя перехитрили. Эрика сразу ощутила беспокойство, ведь бесконтрольные чары Морганы могли натворить чересчур много бед. Хорошо ещё, что только внутри «Смеха Феи». По странному капризу судьбы, он почувствовал, что теперь женский облик не слезет с него, бедолаги Эребуса, до самого Дня Святого Патрика.

Пожелав королеве, чтобы её жизнь превратилась в бесконечный кошмар, бог мрака в изящном теле с ужасом наблюдал за творящимся вокруг кошмаром. Все посетители бара, кроме музыкантов, виновниц бардака и Фаилы, которая уже утратила свой первоначальный облик, меняются полами. Лишь ламий, кроме двух музыкантов, и ларов странный новый всплеск чар отчего-то оставил в первозданном виде.