Книга Араксия. Последнее задание, страница 82 – Магда Макушева

Сейчас я понимала, что все эти годы “Торос” планомерно пытался убрать из меня то, что по их логичным и правильным, как мне тогда казалось, заверениям мешало мне, как представителю более сложной в эмоциональном плане расы, продуктивно выполнять свои функции. Похоже, таким образом меня постепенно пытались превратить в какое-то подобие лишенного чувств и эмоций послушного существа, идеального исполнителя, который будет лишь слепо следовать приказам, выполняя уготованную мне с самого начала моей службы роль. Других агентов тоже обрабатывали подобным образом, делая удобными для корпорации. Правда, методики “Тороса” были рассчитаны все же на икеланцев, а не на людей.

Я научилась мастерски скрывать свои истинные чувства, которые пусть и притупились, но не пропали окончательно, стараясь казаться своим коллегам и работодателю отстранённой и иногда даже равнодушной. Думаю, они рассчитывали, что их план удается. А я лишь хорошо притворялась в погоне за похвалой и продвижением по карьерной лестнице. К моему счастью, с людьми икеланцы сталкивались мало, и видимо, опробованные на мне “Торосом” методы почти не работали. Почти, потому что страха меня все же лишили, а также привили искусственно созданную лояльность к корпорации, которая сейчас благополучно развеялась почти без следа.

Те, кто работал со мной бок о бок: Вивер и Гео, знали об этой моей особенности. О том, что я по-прежнему испытываю печаль, тоску по дому и родным, жалость, сожаление или грусть. Знали и предпочитали молчать. Теперь же, немного прочистив мозги от бесконечных тренировок и тестирований корпорации я даже обрадовалась, ощущая слабость, волнение, радость и искренне наслаждаясь тем, что перед Сайкером мне не нужно притворяться. А близость тирианца, наша связь, кажется, еще больше обострила все мои чувства. Не только связанные с ним, но и просто любые, на которые я была в принципе способна. Из-за этого я ощущала себя невероятно свободной, не скованной несколькими годами постоянного подавления своего привычного "Я".

- Мы не против - ответил за обоих Сайкер, не отрывая взгляда от навигационной панели.

Уже потом мои спутники поведали мне, что тот, оставшийся по-прежнему безымянным помощник на “Ф2” умудрился воспользоваться паникой, вызванной взрывом регенера с Ло, и оперативно перенастроил гало-камеры, организовал “Роукеру” дозаправку и отвлек на себя внимание охраняющих нас безопасников, предварительно открыв для побега ворота бокса.

Правда, запасы пополнить мужчинам не удалось, поэтому до “Экраны” провианта нам могло не хватить. Еще одна проблема состояла в том, что отстыковка была проведена со сбоями, в аварийном режиме, из-за чего приземлившись где-то еще, без ремонта корабль больше просто не сможет взлететь. Были повреждены щитки и прыжковые стабилизаторы и что-то еще, потому что несколько датчиков на панели управления флагером настойчиво мигали, информируя пилотов об ошибках.

- Со щитами проблема - заключил после проверок технического состояния “Роукера” Диан.

Я тем временем приткнулась на запасное сидение, через панорамное стекло наблюдая за тем, как флагер буквально пронзает на огромной скорости космическое пространство.

Тирианец произнес свои выводы спокойно. А вот я напряглась, понимая, что это может значить: если “Роукер” начнут обстреливать, преграды между кораблем и лучами вражеских пушек больше не будет. Мы просто взорвемся от первого же попадания.