Книга Араксия. Последнее задание, страница 192 – Магда Макушева

Кстати, отношения мамы и Диана день ото дня становились все крепче. Каролина Сажан буквально порхала по флагеру, визуально скинув десяток лет и вернув себе ту легкость, которая была присуща моей родительнице в то время, когда папа еще был жив. Я радовалась каждой маминой улыбке, с удовольствием слушала ее искренний счастливый смех и любовалась ее сияющими глазами. За время этого полета мы с ней тоже наверстывали упущенное, узнавая друг друга заново, подолгу болтая обо всем на свете или проводя время вместе с Амо.

- Думаю, лучше тебе не лезть маме под руку - хихикнула я, доставая мясо для ужина - можешь помочь мне вот с этим, если хочешь?

На “Роукере” готовкой занималисьтолько мама, я и немного Харис.

Знаете, я неожиданно для себя обнаружила, что разница в тирианцах и их тирах, отражающаяся, наверное, и на их характерах, и на образе мыслей, больше всего проявляется почему-то именно в еде и отношении к ней, что стало для меня настоящим открытием и откровением.

Дайнагон, например, любил что-то сложное и красиво оформленное. Я с интересом следила за тем, как он, помогая мне в моменты, когда не был занят какими-то своими рабочими вопросами, украшает каждую порцию, делая из обычного обеда целое произведение искусства. Причем Харис был довольно постоянен - выбрал какие-то новые для себя продукты и начинал считать их любимыми и пригодными для потребления, не пытаясь как-то экспериментировать.

Сай и Диан ели все, и неважно, в какой посуде оно было подано, как порезано или украшено. Аппетит у ниганов всегда был отменным, отношение к еде простым, а вкус совершенно непритязательным. Собственно, сами мужчины были такими - без двойного дна, прямыми и однозначными. Можно, конечно, вдогонку добавить определение “предсказуемыми”, но с тирианцами я это слово не буду использовать, наверное, никогда.

Ларис же с интересом первооткрывателя изучал каждый продукт, взятый нами со станции. Придирчиво пробовал его, изучал, комментировал свои впечатления, словно впитывал каждый вкус в себя. Я понимала, почему этот мужчина решил выбрать такой путь в жизни - он был жаден до нового, тяготел к разнообразию, и, с присущей его сущности легкостью и жизнелюбием, радовался простым, по сути, вещам.

Его тир, насколько я поняла из переданной мне Харисом информации, был чем-то средним, между тирами дайнагонов и ниганов. Никакого официального статуса Ларис Шор не имел, хотя и рассказывал, что, как и Сай с Дианом скорее относится к военным, пройдя соответствующую подготовку и получив положенное образование.

Я уже довольно многое знала о семьях всех путешествующих с нами тирианских мужчин и о некоторых особенностях жизни в Тирии, к которым мне вскоре предстоит привыкнуть, так что приняла эти данные к сведенью, пытаясь уложить в голове все это иерархическое многообразие тирианских мужчин и их энергетических половин.

Кстати, еще один занимательный факт - неи, то есть женщины, никак по кастам, классам или по другим категориям на Тирии не разделялись. Они были как бы вне всех этихзаморочек с тем, какой тир главнее, сильнее и привилегированнее. Во-первых, потому, что никакую энергетическую сущность не имели, и во-вторых, потому, что существовали в Тирии в значительном меньшинстве.

Судя по услышанному от мужчин, и тому, что я прочитала в предоставленных ими данных, женщин на Тирии хоть и не обожествляли, то безмерно уважали, холили и лелеяли, давая им чуть больше прав, чем мужчинам. С самого рождения тирианским девочкам обеспечивали безбедное существование и любые блага, независимо от того, кто их отцы или братья. И что особенно радовало, такое положение не развратило местных женщин и не возвысило их до небывалых высот. Женщины в Тирии наравне с мужчинами занимались тем, к чему лежала их душа: были военными, политиками, медиками, учеными, а не просто возлежали на подушках, обласканные со всех сторон. Так что существование в комфортной золотой клетке нам с мамой точно не грозило. А вот множество приятных бонусов к нашему статусу “ней” прилагалось.