Книга Лайла. Сквозь галактику за счастьем, страница 168 – Магда Макушева

Вот зачем все портить этим разговором?

Только что мы общались на тему тирианских культур, которые выращивают и употребляют в пищу местные жители.

Я рассказывала капитану “Пламени” о своей работе на среднем торе “Экране”, о моих любимых “Оазисах” и о своем пути в профессии агроинженера.

И снова эти эмоциональные качели и раздирающие нутро мысли. Об Этисе. О нас с ним и нашем возможном будущем. О Грегоре. Обо всем, что капитан Нор мне только что рассказал, и о чем пока умолчал.

О космос бесконечный, как же это тяжело...

Тирианский флагер "Пламя"

Лайла Боянова

В течение нескольких следующих относительно спокойных суток полета, выводящих меня из хрупкого, с трудом обретенного душевного равновесия лишь странными, слишком чувственными снами, мы с Этисом Нором много времени проводили вдвоем за разговорами на нейтральные и интересные для нас обоих темы.

Я была искренне рада, что кроме капитана “Пламени” в моем маленьком закрытом мирке, искусственно созданном в запертом от внешнего мира и обитателей флагера небольшом пространстве, меня практически никто не беспокоил и не тревожил.

Теперь у меня появилось много свободного времени, чтобы неспешно и методично, словно драгоценные камни, перебирать те свои воспоминания, которые не носили отпечатка переживаний или отголосков боли: бабуля Нана и наши уютные вечера под звуки гитарного манипулятора и тихое пение на два голоса, моя работа с агроотсеке и бывший шеф Вилан Айс. Дафна, док Лукис, Лелуко Тад, Талис де Сильва. Моя борьба со страхом сцены и первый настоящий концерт.

Энрика осталась где-то там, на задворках этой новой реальности. Окончательно стала для меня прошлым, которого мое существование в текущем временно́м отрезке жизни совершенно не касалось.

Грегор Шор тоже находился где-то вне моего убежища, за безопасными для моего внутреннего состояния стенами каюты и проникнуть сквозь них не пытался и не горел желанием.

Док и Иса пару раз звонили по внутрикорабельной связи, нужные вещи передавались через Этиса, ставшего для меня своеобразной самоназначенной нянькой (чью роль капитан флагера выполнял охотно и с удовольствием).

Пищу мне либо оставляли в коридоре, оповещая через сканер у двери каюты, либо я получала провиант вместе с приходом господина Нора, который всегда составлял мне компанию за трапезой.

Я решила, что информацию о моей службе в агроотсеке вряд ли можно считать конфиденциальными сведениями, которые кто-то может использовать Содружеству во вред, поэтому щедро делилась с Этисом своими знаниями и воспоминаниями.

Тем более капитан Нор взамен отвечал на любые мои вопросы, касающиеся Тирии и ее внутренней жизни.

Да, я по-прежнему не доверяла Этису целиком и полностью и постоянно фильтровала то, что рассказываю ему о своей родной галактике. Но я старалась научитьсядоверять ему. Поверить, что на тайны Содружества тирианцу в связи с его статусом “изгнанника” наплевать и передавать услышанное от меня своим властям он не станет и не захочет.

Особенно это знание укоренилось во мне после того, как господин Нор по моей просьбе рассказал об иерархии и внутреннем кастовом устройстве жителей Тирии и том, что род деятельности мужчин этой расы, как я и предполагала, напрямую связан с цветом украшающих их тела тирлиний.