Книга Лайла. Сквозь галактику за счастьем, страница 150 – Магда Макушева

***

Я взяла несколько выбранных контейнеров, запихнула один из них в термобокс, а второй с какими-то овощами открыла и понюхала, пытаясь вычленить знакомые и привычные для опознавания ароматы. Успехом это не увенчалось, но тирианские плоды пригодными для употребления в пищу я признала.

За спиной раздался шорох створок открываемых дверей. Этис? Док Леви? Иса? Любого из них я буду рада сейчас видеть.

Особенно капитана Нора.

Вошедший замер, и я затылком ощутила на себе его взгляд. Кожу под волосами и на шее странно закололо, словно через меня пропустили легкий разряд тока.

Да, теперь я точно знала, кого увижу, когда развернусь.

Как я это поняла? Спросите мне что полегче.

Корабль-то довольно компактный, а Грегор Шор пришел в себя еще накануне. Я не просила дока Леви мне об этом сообщать, но заглянувший с еще одним комплектом вещей почти перед самым моим отходом ко сну Иса все равно поделился новостями.

- Добрых суток, ниган Шор, - произнесла, оборачиваясь к тирианцу.

Не знаю почему, но я надеялась, что после пробуждения он заглянет в мою каюту. Просто поздороваться хотя бы или поговорить без мешающего нам у пиратов языкового барьера. Ведь ему под кожу тоже наверняка вживили чип с переводчиком.

Хотя я же сама себе пообещала по возможности избегать мужчину, что в условиях полета сделать довольно сложно.

Глупое сердце, так не к месту и безнадежно отреагировавшее на неподходящего мужчину, который никогда не обратит на меня внимание (а если и обратит, то ненадолго), забилось сильнее, стоило только бросить на объект своей симпатии несмелый, если не сказать затравленный взгляд.

- Лайла, - произнес Грегор каким-то странным глухим голосом. Мне даже показалось, что тирианец дернулся в мою сторону, мигнув рисунками на лишенной растительности голове, а также висках и шее, но потом словно очнулся, а его лицо, хмурое и жесткое, осталось отстраненным и бесстрастным.

Холодным и суровым, как льды флоданских гор.

Пребывание в капсуле пошло мужчине на пользу. Кожабольше не отдавала болезненной серостью, щеки округлились, плечи расправились, а новенький серебряный комбинезон не висел на крупном, уже не изможденном и набравшем положенный вес теле мешком, как на робовешалке.

Я жадно и неприлично долго оценивала эти перемены, восхищаясь почти физически ощутимыми волнами шедшей от нигана Шора мощной, брутальной энергетики сильного самца.

Его мускулами, обтянутыми переливающейся под холодной иллюминацией тканью, широкими темными бровями над слишком яркими для людей синими омутами глаз и живыми рисунками на коже, медленно меняющими свои узоры.

Искала в этих глазах хоть что-то теплое, живое, близкое.

Какую-то радость от встречи со мной, что ли.

Искала и... не находила.

Глупая ты глупая, безнадежно влюбленная женщина, госпожа Боянова. Угораздило же из всех возможных вариантов для необъяснимой разумом привязанности выбрать самый... неправильный.

- Рада, что ты в порядке, - выдала я, стиснув дрожащие пальцы на контейнере с едой. - Хочешь позавтракать со мной?

- Я не голоден, - произнес тирианец отрывисто.

Словно я солдат, а он мой командир, перед которым следует стоять исключительно навытяжку.

Оставалось с усилием сбросить себя это прибивающее к полу ощущение чужой, сверхъественной и давящей силы, под которую не было желания прогибаться, пожать плечами, развернуться, вынуть подогретый контейнер из термобокса. И под пристальным взглядом мужчины пройти к высокому столу, на котором только что закончил наводить порядок похожий на огромного металлического паука клинер.