Книга Лайла. Сквозь галактику за счастьем, страница 132 – Магда Макушева

Ведь Энрика оказалась неей, женщиной, подходящей тирианцам, что делало эту женщину в их глазах максимально ценной, без принятия каких-то решений или приложения для этого каких-либо усилий.

Это ее шанс на новую жизнь! Шанс получить все то, о чем она так мечтает! Утереть нос отцу, матери, Лайле и вообще всем!

Не нужно было, конечно, врать о своей роли в помощи жуткому Грегору, ведь все мужчины этого корабля (кроме капитана, пожалуй) и так готовы были носить ее на руках. Просто сначала Рика узнала, что этот полет спонсирует отец этого тирианца, вот и решила как-то себя похвалить на всякий случай.

А оказалось, этого и не нужно делать, ведь она нея, и этим все сказано!

И если для получения обещанного нужно рассказать что-то о Содружестве и миссии “Невус”, так госпожа Болер с радостью это сделает.

А потом укажет Лайле на ее место, потому что Рика наконец-то ее победила. Окончательно.

Дорогие! После этого отступления Рику почти полностью оставляем в покое. Честно-честно, она тоже меня бесит, и жаль, что пришлось сделать ее неей. Этой дамочки практически не будет в дальнейшем сюжете (хотя свою роль она еще сыграет пару раз), но глава была нужна для окончательного понимания персонажа, раз уж я потащила ее в плен вместе с Лайлой, и для демонстрации контраста нея-лея. Знаете, для меня Энрика - не злодейка, она скорее... никакая, но при этом все равно гадит гг (не потому что она плохая, она просто живет... вот так), даже не прилагая для этого усилий, как и в целом в жизни. Так чаще всего и бывает в реальности.

Тирианский флагер "Пламя"

Лайла Боянова

Превозмогая свое нежелание видеть госпожу Болер и желая поскорее донести до нее важную информацию и предупредить о последствиях излишней разговорчивости, я решила не ходить вокруг да около, а сразу задала вопрос о том, не забыла ли Энрика в пылу радости открывшемся для нее в Тирии перспективам, кто она есть и откуда родом.

Ее состояние и текущее настроение интересовало меня мало. Вежливой или милой с ней я тоже быть не собиралась.

Но разговор не задался. Более того, блондинка фактически выставила меня вон, продемонстрировав какую-то совершенно новую часть своей неприятной мне сущности.

— Ты мне не указ. Я нея, а ты — нет, понятно? — прорезался у Энрики голос практически впервые с момента начала нашего сомнительного знакомства.

Произнесла женщина это, всем своим видом показывая превосходство надо мной, в котором к настоящему моменту она себя, видимо, уже убедила.

До этого женщина в основном молчала, или истерила, или хныкала. Но никогда так уверенно меня не осаживала.

— Да ты что говоришь? — прищурилась я, рассматривая расправляющую плечи блондинку, глядящую на меня свысока.

Поразительные метаморфозы, ну надо же. Где же та несчастная, побитая жизнью и потерянная истеричка, которая ревела в смежном туалете или трясущимися руками брала у меня кровь на анализ?

Я даже тогда ее почти пожалела.

Где та пленница пиратов, которая не сделала ничего для того, чтобы выбраться из заточения, просто сбросив эту миссию на других и боящаяся даже пару слов сказать Грегору?

А ведь я даже не думала бросить ее там, у моргианцев, даже не будь с нами тирианца, для которого нея - святое.

Но я не удивилась, не получив в ответ хоть что-то, похожее на благодарность.