Книга Как я получила премию и опыт, страница 35 – Сусанна Ткаченко

Я опустила письмо на колени, чтобы опять вытереть слезы.Котовасия— любимое слово моей бабули. Сколько себя помню, она обозначала им непредвиденные проблемы.

Сердце разрывалось от тоски по ней и в то же время от разливающегося на душе тепла. Я ведь и не чаяла, что смогу ещё хоть раз пообщаться с бабулей, а сейчас читаю строчки, переданные мне практически в реальном времени. От этого было и печально, и радостно одновременно.

Проморгавшись, я взяла письмо в руки, чтобы продолжить чтение.

«…Маняша, я знаю, что ты меня очень любишь и будешь скучать, но я уйду на днях, прямо когда ты придёшь ко мне и сообщишь, что согласна. Шайда мне всё объяснила, обещала встретить и проводить. Я теперь уверена, что ты под присмотром и не пропадаешь, а мы с тобой обязательно ещё встретимся. Шайда мне в этом поклялась, а ещё гарантировала, что наши души друг друга узнают и сразу потянутся навстречу. Жди меня, милая. Я скоро приду. Обнимаю тебя крепко и целую в щёчки. Твоя бабуля Настя.

P/S. Ой, чуть не забыла, балда старая! В моей комнате под кроватью надо оторвать плинтус — там найдёшь мою заначку на чёрный день. Прости, что раньше про неё не говорила. И, кстати, на похороны особо не траться. Зачем они, если душа моя все равно останется жива и мы скоро увидимся в твоём новом Жемчужном мире? Кто там на Земле за той могилкой ухаживать будет? Ну и последнее. Не плачь, Марьяна! Не вздумай по мне плакать! У нас теперь все будет хорошо».

Слёзы лились градом, но Бастет тихонечко завыл, и я посмотрела на него, испугавшись, что он себе что-нибудь прищемил.

— Что-о-о? — протянул он. — Это так трогательно! А меня мамка лапой под хвост в три месяца от роду прогнала из своей норы. А бабушку я вообще свою не знал, как и папку.У-у-у…

— Ничего, теперь у тебя есть я.

Всхлипнула, сгребла рыжего в охапку и, уткнувшись в шерсть, все же расплакалась навзрыд. Но не горько, а просто от переизбытка чувств.

— Дело в том, что я руковожу юридическим отделом холдинга, как вы, наверное, и без меня знаете, поэтому никак не соприкасался с вашей Мартиной Гонзес. Её нанимал отдел логистики. Однако теперь мне придётся разобраться в этой истории из-за иска бюро холдингу. И поверьте, виновные будут найдены и наказаны, — сообщил вольготно развалившийся на стуле высший демон.

Было в нём что-то такое мутное… Высокомерное… Торжествующее… Это мешало поверить в искренность Хирога Ага-Тога.

— Вот же гнида хитрая, — прокомментировал Вирга слова своего дяди, выражая общее мнение.

Мы всем отрядом стояли за стеклом, скрывающим наше присутствие, пока дракон беседовал с демоном, посаженном лицом к невидимым наблюдателям. Конечно же, наш подозреваемый прекрасно знал, что это за стекло такое. Из-за этого мне казалось, что смотрит он исключительно на меня. От этого хотелось поежиться и спрятаться, например, за Ахараша, но я держала себя в руках.

— Какие отношения вас связывали с вашим кузеном Диргой Мох-Фогом?

— Да никакие, — лениво сменив закинутую на колено ногу, пожал могучими плечами милорд. — Вы же в курсе, что у меня этих кузенов и племянников великое множество. Демоны любвиобильны и не имеют проблем с деторождением, в отличии от драконов.

Хирог Ага-Тог был хорош. Может, не такой обаятельный, как Вирга, более матёрый и самоуверенный — не боялся нашему командиру хамить, — глаза с насыщенным бордовым оттенком, а рога украшают витые браслеты.