Книга Клятва, данная тьме, страница 221 – Елена Инспирати

Так надо. Если бы я рассказала ему правду о лечении, о маме и о правительстве, он бы не отпустил меня. Если бы я сказала, что он в опасности, ему было бы все равно. Брайен бы никогда не бросил меня.

Но я могла разбудить в нем ненависть, чтобы он никогда больше не вспомнил все самое прекрасное, что было между нами. Чтобы он жил дальше, без переживаний и тоски, и никогда не пытался вновь увидеться со мной.

– Ты не боишься говорить об этом так прямо? Ведь я же опасный темный.

– Если ты хоть пальцем меня тронешь, тебя тут же схватят. Повторяю, за нами следили, и сейчас слежка не прекратилась.В твоих интересах как можно скорее уйти, забрать кучку своих отбросов и скрыться на другом конце темного мира. Правительству светлых известно все о ваших передвижениях.

– Хорошо. Повтори это все, только глядя в глаза. Ты всегда умела это делать.

– Какой в этом толк? – я нервно хихикнула. – Я все равно тебя не вижу.

– Зато чувствуешь.

Я все же выполнила просьбу и подняла голову, барьер вмиг рухнул. Пришлось сглотнуть возникший в горле ком, получше спрятать печаль в глазах за пустотой и безразличием. Его запах все еще сводил с ума. И он был прав: из-за установившегося контакта я стала лучше чувствовать его. Даже его дыхание и сердцебиение снова стали частью меня.

– Ты добыла всю необходимую информацию?

– На самом деле, я могла справиться и получше. Но ты оказался внимательным.

– Я был прав, когда обвинил тебя в связи с правительством?

– Да! Тогда я так перепугалась. Хорошо, что ты уже был у меня на крючке. Удалось быстро урегулировать ситуацию.

– Я бы не причинил тебе вред.

– От вас, темных, можно чего угодно ожидать.

– А что с волосами?

– Пустяки. Это побочный эффект из-за секса. Меня вылечат.

– Спала со мной ты тоже по приказу тех, кто за тобой стоит?

Страсть не подделаешь, особенно такую сильную. Мое желание родилось раньше влюбленности, я каждой частичкой тела хотела его, даже когда заставляла себя ненавидеть все, что связано с ним.

– Это было нужно тебе, а я боялась отказать. Было противно, но я вроде отлично сыграла.

– Я бы никогда насильно не заставил тебя спать со мной.

– Насилие – часть твоей жизни. В любой момент ты мог сорваться на мне, нужно было притворяться послушной.

Когда я попыталась сделать шаг назад, Брайен приобнял меня за талию и не позволил разорвать связь. Он стал гладить меня, из-за чего моя стойкость давала трещины. Брайен всегда так делал: манипулировал мной с помощью физического контакта, сбивал с намеченного пути, добирался до истины, спрятанной глубоко в груди. Сердце забилось чаще, но я держалась.

«Возненавидь меня, Брайен. Оставь меня, заживи своей жизнью далеко отсюда. Забери друзей и никогда больше не появляйся здесь. Не прощай меня», – мысленно вторила я.

Было бы прекрасно, если бы однажды все его чувства в мою сторону остыли и появилось безразличие. Ненависть бы губила его, отнимала слишком много сил. Я желала ему освободитьсяот меня, от нашего прошлого. Но влюбленность нельзя моментально выключить, можно только перевернуть в противоположную сторону. Поэтому я просила прощения за то, что вынуждала его ненавидеть меня.

А я знала, что буду всю жизнь тонуть в ненависти к себе и к системе, разлучившей нас.

Собравшись с мыслями, я решила поставить окончательную точку. Моя выдержка была на нуле: если бы мы продолжили говорить, я бы сдалась и разрыдалась у него на руках.