Книга Тьма в объятиях света, страница 96 – Елена Инспирати

Появление светлой половины – любовь к ней. Укоренение тьмы – ненависть к нему.

Все это объединилось и сделало его серым, только совершенно неправильным. Правитель нашел способ погружать его в это дикое состояние, когда реальность становилась иной. Угроза для нее – пусковой механизм.

Правитель – тот, кто мог управлять.

Аврора – та, которая могла вытаскивать его из этого состояния.

Теперь важно было понять, какое чувство выиграет и кто в итоге получит власть. Сможет ли Брайен остаться самим собой?

– Я докажу тебе.

Хотя этого уже и не требовалось. Хватило легкого анализа всех поступков, чтобы подтвердить себе самому, насколько глубок процесс этого изменения и как давно он начался. Он показался необратимым, конечным и…

Как же чертовски сложно было осознать тот факт, что ты уже давно не ты.

Ощущались все эти странные дыры в сознании, ниточки, за которые тянули. И невозможно было что-то изменить.

– Приведите сюда любого охранника.

Брайен в прострации следил за медленно приближающимся человеком. Именно этот темный бил Аврору по ноге. В голове что-то щелкнуло.

– Ты не слабак, Брайен. Если бы я хотел смерти Блэйку, то ты бы сделал это. Сам ты плохо можешь контролировать подобное, даже когда находишься в своем уме.

Он не желал этой реакции, пытался мыслями заставить себя успокоиться, но бесполезно. Ярость пленила, подчиняла. Брайен сделал резкий шаг вперед.

– Убей его.

Звучало слишком заманчиво. Въелось в голову, стало голосом рассудка.

В руках откуда-то появился нож, легкий, почти воздушный. Он не чувствовал его, но почему-то уверенность в силе возросла с его наличием в твердой руке. И ненависть,душившая мгновение назад, отпустила легкие, а по рукам потекло что-то теплое и с запахом металла.

Пелена разрушилась быстро, пропали странные образы, и голос Правителя перестал звучать как свой собственный. Брайен медленно опустил руки и осмотрел пространство.

– Черт, – выругался он, отскакивая от тела, истекающего кровью. – Я не хотел этого.

– Зато хотел я.

Это ненормально. Это не просто пугало, а вызывало панику, настолько сильную, что дыхание сбивалось. Сожаление скорее не из-за падающего на пол темного, а из-за испачканных в крови руках зудело под кожей.

– Я не мог убить! – раздался отчаянный крик. – Я не мог подчиниться!

– Но все же именно это ты и сделал. – Правитель протянул Брайену кусок ткани, чтобы тот мог вытереть руки. – Унесите это куда-нибудь.

– Ему можно помочь. Его можно спасти.

– Нет, Брайен. Его не нужно спасать.

Темного уносили быстро, и Брайен наблюдал за этим, сглатывая ком в горле.

«Ты больше не принадлежишь себе», – пронеслось в его голове.

– Где же твой юмор, Брайен? Где все те шуточки, которые ты любил отпускать? Где высокомерие и гордыня?

И следа больше не было. Ничего не осталось.

– Однажды, когда я стану правителем, то оторву вашу голову и использую ее как мяч для игр. Только представьте, с какой радостью все будут пинать ее, – сказал Брайен, стискивая зубы. Потому что по какой-то причине слова вылетать не хотели, и приходилось прикладывать усилия.

– Когда ты займешь мое место, от того Брайена, который пытается бороться, останутся лишь воспоминания в голове светлой. Если ей, конечно, повезет дожить до этого момента.

Брайен потянулся к вороту рубашки Правителя и, вцепившись в него, встряхнул того.