Книга Тьма в объятиях света, страница 159 – Елена Инспирати

Они действительно превращали нас с Брайеном в своих игрушек. Топтали, раздирали на куски и сшивали снова, чтобы только повторить все по новому кругу. Сколько удовольствия они получали от того, что терзали нас? Должно быть, настолько много, что останавливаться было глупо, неразумно.

Брайена совершенно не устраивал получившийся расклад, он говорил что-то Правителю темных, и до меня, к сожалению, доходили только обрывки слов. Но его профиль и взгляд передавали всю агонию.

– Брайен, уходи, – спокойно сказала я с улыбкой. – Все будет хорошо. Ты должен уйти.

Мой голос дрожал, поэтому Брайен игнорировал мои глупые попытки его успокоить. Он был серьезно настроен решить все словесным путем, и мое участие мешало ему держаться из последних сил в иллюзии покоя.

Секунды разговора текли слишком долго, напряженные перешептывания со всех сторон, нетерпеливость нагнетали атмосферу. И когда Брайен сделал неожиданный выпад вперед, толкнув таким образом Правителя темных, все в одночасье покатилось кубарем.

Снова игла, снова препараты. Это были единственные ключи миров к управлению людьми. Безупречное лицо Брайена исказила гримаса сильной физической боли, а из груди вырвался животный то ли рык, то ли вой. Он уже едва стоял на ногах, из-за чего охранникам приходилось его держать. И когда его взгляд стал уставшим и пустым, Правитель, схватив его за волосы на макушке, громко произнес прямо в лицо:

– Я превращу тебя в овощ, если ты посмеешь мне перечить. Ты. В моей. Власти. – Он небрежно оттолкнул его голову, и та повисла на полностью ослабшей шее. – Уведите его.

Я видела, как Брайен сопротивляется, но ноги его совершенно не слушались. Он все еще пытался хотя бы взглянуть на меня, что наотрез запрещал делать Правитель темных. Вслед я могла только просить их больше не издеваться над ним: ведь насколько силен он бы ни был, все это изводило его и убивало по крупицам его рассудок.

Ребекка в мрачном молчании скрылась вместе со всеми за черной дверью.

Снова пустота. Яосталась одна со своими чувствами, своей слабостью и беспомощностью. Ликование со всех сторон становилось приглушенным. И вроде можно было даже успокоиться, перестать безостановочно плакать, думать о трагической потере и счастье, ускользающем все дальше от меня.

Но покой сейчас значил поражение. А я, даже после всего, что произошло, не собиралась сдаваться.

Все присутствующие переместились в специальную комнату, где стали ожидать восхода солнца. Кто-то зевал, кто-то до сих пор активно обсуждал произошедшее, кто-то сплетничал о темных, отмечая их холодность и высокомерие, их внешнюю привлекательность, которой, по убеждениям светлых, не должны были обладать отбросы общества.

Меня же держали близ. Правителя светлых, как собачонку на привязи, и вынуждали слушать его непрекращающиеся речи. Я задала только один вопрос, а он продолжил дискуссию, словно я всем видом показала, как хочу сейчас наслаждаться его тошнотворным голосом.

– Вы нарушили закон, не изгнав меня. Что на это скажут ваши последователи?

– Они не глупцы.

– А что насчет вашего народа?

– Он управляем.

Коротко. Просто. И на удивление ясно.

Каждый смог уловить нити, за которые можно дергать для достижения поставленных целей. И как приятно, должно быть, Правителю извлекать столько пользы из величайшего преступления всех времен.