Книга Как обмануть смерть, страница 157 – Келли Мединг

Мы с Коллом/Коулом были поразительно похожи и в то же время сильно отличались друг от друга. Мы оба погибли по чьему-то приказу. Мы оба получили свои жизни обратно от одного и того же человека — Вайята Трумена. Причины не имели значения, только конечный результат новой жизни — пробуждение в одиночестве, среди незнакомых людей, неуверенные в том, что привело нас к этому моменту или куда идти дальше. Новая жизнь Коула выглядела бесконечно тяжелее моей. У меня был Вайят, чтобы направить меня и помочь восстановить мои воспоминания. Коул оказался один.

Одиночество служило моему дару так же верно, как это одиночество помогало разжигатьместь Коула.

Я бросила машину в двух кварталах к северу от нашего предполагаемого периметра, на противоположной стороне от того места, где искали триады, а затем двинулась на юг к театру. Спрятав сигнальные ракеты за пояс джинсов, а монтировку сжав правой рукой, я держалась поближе к переулкам и теням, двигаясь быстро и тихо. Наступили сумерки, поэтому теней было много. Проезжающие машины и случайные прохожие не обращали на меня никакого внимания, пока я двигалась к намеченной цели.

Каменное офисное здание знавало лучшие времена. Находясь в двух кварталах от театра, между сигаретным магазином и заколоченным жилым комплексом, выставленным на продажу, оно было закрыто в этот воскресный вечер. Я нырнула в переулок между ним и сигаретным магазинчиком, пробираясь мимо мусорного контейнера, полного гниющих картонных коробок. Не заметив никого на улице, я присела на корточки и стала ждать.

Секунды тикали в такт ударам моего сердца. Я держала монтировку на коленях, не обращая внимания на отвратительный запах плесени, металла и застарелой воды. Вдалеке просигналил автомобильный гудок. Ему ответил другой. Крик птицы испугал меня, и я вскинула голову. Воздух зашевелился, и в переулок опустилась тень. Птица с прекрасными карамельного цвета перьями, усеянными черными крапинками, и сероватой мордочкой смотрела на меня с земли. Ее маленький крючковатый клюв раскрылся, и тихий клекот отразился от каменной стены позади меня.

Я встала, когда пустельга — по телефону Аврора сказала мне, что это ее птичья форма — преобразилась. Ее тело росло. Перья исчезли, сползая вверх к ее голове и превращаясь в длинные, густые завитки волос, а в других местах сменились на нежную персиковую кожу. Длинные крылья превратились в руки, когтистые лапы — в тонкие ноги. Только глаза Авроры, казалось, остались такими же круглыми и ярко-голубыми, какими они были в ее облике пустельги. Ее живот все еще был округлым, а груди — набухшими от недавней беременности, но она не выказывала никакой стеснительности по поводу своей наготы.

— Их отвезли чуть дальше, выше на две улицы, — рассказала Аврора. — Кроуфорд-стрит, кирпичное здание с пожарной лестницей и оранжереей на крыше. Оно недалеко от театра.

— Спасибо.

— Мне продолжать следить…

— Нет, дальше я сама. — Я не позволю ей ввязыватьсяв эту драку, не с ребенком, оставшимся дома, который, вероятно, весит на пять фунтов тяжелее, чем она сейчас.

Она прищурила глаза, рот сжался в тонкую линию, идеально имитируя Фина. — Моя семья тоже там, Эвангелина. Я сильнее, чем ты думаешь. — В доказательство ее правоты, на спине у нее выросли длинные и заостренные крылья, совсем как у Фина, когда он менял форму. Она позволила им раскрыться на всю ширину переулка, впечатляя своими размерами и различными оттенками черного, карамельного и белого. Мышцы дрожали от прибавки в весе во время беременности.