Книга Иные мертвецы, страница 103 – Келли Мединг

— Сына?

— Энн была на четвертом месяце беременности, когда заразилась. Тэкери обналичил свою страховку жизни, свои акции, продал все, что мог, чтобы найти способ ее вылечить. Каким-то образом ребенок родился и сначала казался обычным человеком. Энн сбежала и позже была убита. Но ребенок… — Голос Бастиана надломился. — Ребенок не был обычным человеком.

Я хотела попросить его заткнуться, мне плевать на все это. Кровавые подробности жизни Уолтера Тэкери не оправдывают его действий, и Бастиану следует просто замолчать. Вместо этого уточнила: — Он пытался вылечить своего сына?

— Попытался и потерпел неудачу. После этого он стал одержим идеей искоренения расы вампиров. Он хотел изучить их, найти вакцину против их яда и остановить распространение их инфекции и создание полукровок.

По моей спине побежали мурашки. — А как насчет других монстров в его лаборатории в Олсмилле? А как насчет гончих, Токина и всех других полукровок, которых он создал?

— Я не знаю.

— Бред сивой кобылы.

— Я не знаю. — На этот раз в его голосе звучала злость. — Тэкери сказал мне только то, что хотел. Я понятия не имел, что он замешан в планах Товина в Олсмилле. Последние два года мы очень мало контактировали, перезванивались раз в месяц. Я понял, что Тэкери пытался сделать, и до Олсмилла он никогда не вмешивался в дела Триады. Он держался ниже радара, только я знал о нем.

Я сжала руки в кулаки, чтобы они не дрожали, от ярости мои щеки покраснели. — А после Олсмилла? После того, как мы нашли его проекты и принесли их сюда?

Наконец он виновато опустил взгляд в пол. — Тэкери позвонил на следующий день, — признался он, не поднимая глаз. — Он знал, что у нас есть собственные ученые, и хотел убедиться, что монстры получают надлежащий уход.

Хрящи сломались под моим кулаками, и горячая кровь брызнула на мою кожу, прежде чем я поняла, что ударила его. Бастиан врезался в стену, из его когда-то совершенного носа хлестала кровь, и он был странно изогнут. Бастиан уставился на меня широко раскрытыми глазами, остекленевшими от боли, даже не пытаясь остановить поток крови.

— Ублюдок, — прорычала я, отводя кулак и готовясь ударить снова. — Ты знал, что Тэкери работал с Товином, и, твою мать, ничего не сказал? Не сдал его? Скажи мне, почему я не должна оторвать тебе яйца!

— Он сказал, что близок к созданию вакцины от яда и что ему нужно всего два месяца, чтобы закончить ее. Он поклялся мне, что поделится ею, что Триады смогут сделать себе прививку. Это был приемлемый риск, поэтому я ничего не говорил.

Я сжала кулак так сильно, что повредила кожу, образовав крошечные кровавые вмятины на ладони в виде полумесяцев. Хотелось истерически рассмеяться. Я хотела избить Бастиана до бесчувствия за его участие в том, что Тэкери сделал со мной. Намеренно или нет, но он был добровольным соучастником, когда мое тело использовали как инкубатор для противоядия от паразита, который разрушил сотни, если не тысячи жизней. Полукровки убили важных для меня людей. Людей, которых я любила.

— Ты вчера ему звонил, — заметил Бэйлор. — Хочешь, чтобы мы поверили, что это совпадение?

— Это была его еженедельная проверка своих проектов. Пока мы разговаривали, я получил сообщение об исчезновении Токина, и Тэкери услышал. Он оборвал разговор, и с тех пор мы не разговаривали.