Книга Ирри, страница 20 – Альбе Альбертова

— Это всегда так, — сказала Ирри, стоило остальным отойти.

— Метресса?

— Новое место вызывает настороженность, ваши знакомые тоже так себя вели в прошлом году.

— Не понимаю, к чему это все.

— Наверное, попытка сказать что-то хорошее. Все наладится. Честно. В пятнадцать я думала, что умру от стыда, глупость тогда совершила, но с тех пор прошло два десятка лет и ничего, жива до сих пор.

— Благодарю, — чопорно отозвался адепт.

— Знаете, совет не принимать близко к сердцу разумный и полезный, но тот, кто может так реагировать, в нем не нуждается. Понимаю, мои слова ничем не лучше, простите за вмешательство.

— Ничего, понимаю. Вам… тоже не хорошо?

— Наверное. Я аспирант зомби-кафедры, у которого отобрали идею. Что мне там делать теперь, непонятно.

— Займитесь чем-то еще, — легко посоветовал первокурсник.

— Я слабый маг, теоретик, из меня даже нормальный бытовик не вышел, ни некро, ни темного дара даже в помине нет. Что я буду там делать — конструировать зомби, пропалывающего морковку? — огрызнулась Ирри на такой простой совет.

— Как вариант. Этим еще никто не занимался, там тоже требуется создание чего-то нового и полезного, ваш зомби для прополки — отличный вариант.

— Спасибо за идею.

— На самом деле подумайте. Не понравится, уйдете…

— И идею снова кто-то заберёт. Отличный план, но простите за жалобы. Хорошего дня.

— И вам, метресса.

Ирри ушла и не видела, как адепт задумчиво посмотрел ей вслед, покрутил на пальце родовой перстень и отправился к столу для грязной посуды. Пока здесь все было странно.

После обеда ректор пропал вместе с попечителями, повалившими косяками. Столько аристократически-надменных лиц и таких разных глифов Ирри не видела ни разу. А от обилия артефактов аж нехорошо становилось. И не сказать, что их было много на каждом конкретном человеке, но общее ощущение и подавляющий фон возникали весьма специфические.

К счастью, ненадолго, адепты-первокурсники стали прибывать массово, насколько это применимо к темным направлениям. Потом заглянул Абха и, осмотревшись, гордо поставил на стол Ирри что-то в свертке. Большое и массивное.

— Это?

— Открывайте, — кивнул некромант и его голос аж зазвенел от предвкушения.

Ирри развязала веревочку и… опешила. На куске ткани лежала голова единорога. Точнее, череп лошади с костяным рогом изо лба.

— Ты гений!

Ирри не удержалась и ринулась обнимать довольного и сияющего парня. Тот не возражал и даже не отмахивался, радостно улыбаясь.

— Что бы подобное значило? — сухой холодный женский голос, вызывающий мурашки по коже.

В дверях стояла статная аристократка со стальным взглядом в шикарном темно-бордовом глухом платье.

— Явление единорогов в мир!

Ирри отошла в сторону, позволяя полюбоваться на череп. Дама явно опешила, буквально на мгновение она изменилась в лице, после чего, снова став прообразом статуи, вошла. Следом просочилась пара охранников, умудряясь растворяться в пространстве.

— Прелестно, прелестно, — произнесла она задумчиво, рассматривая череп. — Как вас зовут, мастер?

— Адепт Абха Фора, мастер, — представился он с полупоклоном.

— Прелестно, — повторила дама. — Курс?

— Восьмой.

— Понятно, большая практика в следующем году, — кивнула она. — Я запомню, — и, повернувшись к Ирри, заметила. — И все же закрывайте дверь при выражении чувств.