Книга Ирри, страница 113 – Альбе Альбертова

— Почему? Ну, жаль, конечно, метрессу Ирриану, но… — Гектор налил еще чая и теперь пил, ощущая вкус.

— Она сейчас знаковая фигура. Ей не дадут уйти. Я не говорил, но есть подписанное Императором разрешение на перенос душ.

Гектор присвистнул:

— Этого не может быть.

— И нет. И не будет. И никто не удивится одномоментному изменению Иррианы.

— Она категорически против, это глубинное осознанное убеждение, я не смогу его изменить достаточно быстро.

— К счастью, кроме нас, в университете можно встретить еще парочку менталистов, — мрачно произнес темный целитель.

— Действительно — к счастью, — улыбнулся аспирант дежурной шутке.

Утро понедельника — это зло во всем его многообразии. Любимая группа обрадовала за завтраком попыткой исправить успеваемость с гениальной формулировкой 'все сложно' и вывалила все свои недоработки и откладывания на потом. Оказывается, все отлично запомнили мысль о помощи куратора и терпеливо ждали момента, когда Ирри начнет помогать всем и каждому. Дождались, пришлось выслушивать, записывать и обещать разобраться, а также конкретно и каждому отвесить по заслугам.

Потом пошли изменения расписания, вопросы от адептов, умудряющихся найти Ирри даже в архиве, и Реджина, появившаяся для консультанции по поводу почты, и куча странных посланий отовсюду и непонятно о чем.

Для полного счастья подруга, занесшая готовый протестированный приворот, шепотом уточнила о страшных планах то ли по завоеванию мира, то ли по созданию портала в соседний мир, то ли по поиску средствавечной жизни. Дескать, слухи такие ходят и интригуют окружающих.

У Ирри задергался глаз, она рассказала о субботнем вечере и шутке, подруга пообещала донести эту мысль до окружающих, но вот поверят ли…

А вопросов в этот день свалилось чрезвычайно много, и на что потратить премию от кафедры был далеко не самым насущным. Умная книжка, забытая утром каким-то адептом еще утром, попалась на глаза всем, после чего ректор, заглянувший в учебную часть, уточнил причину наличия у Ирри запрещенной литературы. Пришлось сделать честный вид и покаяться:

— А вы в курсе, что в стародавние времена считалось нормальным корректировать поведение подрастающих поколений с помощью проклятий? Что если допустить продуманное и проработанное со всех сторон проклятие на повышение интереса к учебе, успеваемости и усидчивости?

— А вы в курсе, что от идеи корректировки личности проклятиями отказались из-за непредсказуемости последствий, эффекта налипания проклятий и возникновения сумасшествий? — вопросом ответил ректор.

— Нет, до этого еще не дочитала.

— Это в рамках основного курса проклятий проходят, и, метресса Ирриана, лучше выучить теорию, чем создавать новое течение, это проще.

— Хорошо. Поняла, учту.

— Вы, кстати, зашли на кафедру проклятийников?

— Нет еще, работа…

— Зайдите, вас там ждут.

— Непременно, спасибо за напоминание.

После такого не зайти к проклятийникам было бы глупостью. Вопреки надеждам Ирри и расписанию на кафедре обнаружилась половина преподавателей, включая заведующую и мастера Хибэ, невесть как оказавшегося в этом месте.

— Добрый день, решила забежать поговорить. Как ваше ничего?

От милой улыбки завкафедрой сердце ушло в пятки.

— Метресса Ирриана, как приятно вас лицезреть в нашей скромной обители. Присаживайтесь, дорогая, побеседуем о разумности передачи корреспонденции с проклятиями через наше охранное проклятие.