Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
– Вот так скреплю, и тут завязочки… Кожевник объяснял, что за диковинку мастерит из кожи, Йага хлопала ресницами и расспрашивала дальше. Когда Рад примерил очелье к челу лесовки, Рьян хлопнул по столу ладонью. – Пойду проверю, не потекла ли крыша в сарае, – виновато кашлянул он. Следом понадобилось убедиться, что все куры спрятались в хлеву, потом показалось, что кто-то колотит в ворота. И всякий раз, возвращаясь, проклятый видел, как его ведьма щебечет с Радом, а тот крутит усы и как бы нехотя отвечает. Да что она прилипла к нему, ровно медом намазано! Йага хвалила работы кожевника: – И наверняка ведь хоть раз, а каждый черноборец у тебя отоварился! – Ну, каждый не каждый, а через одного точно, – степенно отвечал Рад. – Да уж, тут, небось, всех не упомнишь… – Отчего же? Я на память не жалуюсь! – А вот у меня знакомец водился… Давно, я еще ребенком, – ведьма запнулась, – была. Ребенком тогда была малым. Огоньком звали. Не слыхал? Рад наморщил лоб. В бровях у него, конечно, уже посверкивала пара седых волосков, но до мудрого деда было далеко. Он усмехнулся: – Дитенком? Я тогда и сам по двору в рубашонке бегал, не так уж я стар! Хотя погоди-ка… Огонька не знаю, но был у братаприятель… Рыжий, как этот твой, – он кивнул на Рьяна, и тот закаменел. – Рыжих-то у нас особо не водится, так что приметный был парень. Вот только не порадую тебя: помер он. Давно уже. Говорят, в один год с дочкой своей. А звали его… – Рад долго молчал, подтягивая узелки на очелье. И наконец вспомнил: – Ольгир. Ольгиром звали. Жил недалече от жрецова дома. Помнится, еще вырезал кораблик да на конек приставил. Придумал тоже! Кораблик… В наших краях и рек-то больших нет… Йага шевельнула губами, пробуя имя на вкус, и вдруг бросилась Раду на шею и крепко-крепко по целовала. А Рьяну в этот миг будто бы грудь когтями вспороли. Он вышел в сени, забыв костыль и не ощущая боли в калечной ноге. Там и сел. Вроде и не ждал нарочно, а просидел долго, покуда лесовка не обеспокоилась и не вышла. А может, за чем другим вышла, не за ним вовсе. Но получилось, будто бы он ее в сенях подкараулил. В темноте девка сначала перепугалась, когда кто-то зажал ее в углу меж сундуком и дверью, но потом поняла, что не кто-то, а Рьян, и визжать раздумала. Вот колдовка! Хоть бы для виду шарахнулась! Рьян легонько стиснул ее бедро и процедил: – Ты что же это, ведьма, нарочно меня дразнишь? Она растерялась: – Дразню? – Щебечешь там с Радом, за руку его держишь. Уже забыла, как я тебя целовал? А та возьми и с вызовом ответь: – А ты не следи, кого и почему я держу за руку. Как-нибудь сама разберусь. Пальцы скользнули под поневу, спеша добраться до обнаженной кожи. – Не играй со мной. Проиграешь. – А ты мне указывать не моги. – Не боишься? В сенях не было видно, как северянин ухмыльнулся. Ухмыльнулся недобро, но вместе с тем будто бы хотел, чтобы Йага сильнее его разозлила. – Тебе меня бояться надо. Ой! Все же она не удержалась от вскрика, когда Рьян подхватил ее под ягодицы и усадил на сундук. Опрокинул на спину и навис сверху. – Запросишь ведь пощады, – предупредил он, а сам мысленно молился, чтобы игра продолжилась. Йага его не разочаровала: – Вот еще! – И изогнулась, будто нарочно задевая в нем животное существо. Рьян зарычал и придавил поганую ведьму всем телом. А хотелось еще теснее! Еще и еще, слиться с нею в жаркой пляске, сойти с ума, испить до дна колдовской пламень! Чтобы только его знала! Чтобы только ему принадлежала каждым вздохом, каждым стоном! |