Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
– Я не знал. – Что у девок под рубахой бывает? Решил проверить? – Не знал, что меня попросят… детей им настрогать. Ведьма стояла ровно, не позволяя плечам опуститься, и только богам известно, каких усилий ей то стоило. – А что, дети – дело хорошее. Медувинчанам взаправду свежая кровь не помешает. Да и ты, как я погляжу, не против был. – Был. Только… Да что он, в самом деле, оправдывается?! Ровно без жены женатый! Ничем он лесной ведьме больше не обязан, а что она его приворожила, так никто не заставлял! А она сделала шаг к нему. Подняла голову, испытующе глянула в глаза. – Только… что? Во рту у Рьяна пересохло. – Только не с ними, – хрипло прошептал он. Загорелая ладонь легла на его грудь. Вдвоем они стояли посреди тумана. Нет, посреди целого мира! Непроглядная пелена вокруг, тихая река, холодная промозглая осень, а у него кровь – чистый пламень! – Почему? Рьян не знал, что ответить. Почему лесная ведьма не шла у него из головы? Почему красивые бабы становятся безобразны снею рядом? Почему хочется, как тот медведь, лечь у ее ног и вечно вдыхать пряный запах тела?! – Потому что ты меня приворожила. Ведьма челюсть уронила. – Что сделала? – Приворожила! Хотелось оттолкнуть, а то и ударить, но вместо того Рьян крепко сжал ее талию. – Ты приворожила меня, ведьма проклятая! Не могу думать ни о чем, сна лишился! Ты, ты виновата! Ненавижу! На костре бы тебя сжег, на части разрубил и закопал в разных частях света! Своими руками бы утопил… Многое еще хотелось ему сделать. Порвать, сожрать, кровь выпить. Но вместо того он жадно поцеловал ее, и Йага не попыталась отстраниться. Когда же он оторвался от горячих губ, тихо сказала: – Не привораживала. Сам виноват. – Врешь. Ненавижу вас. Все проклятое колдовство. Тебя ненавижу. – И, против сказанного, впился губами в девичью шею и вдыхал, вдыхал, вдыхал… – Одни беды от вас… – Не мы людей во славу богов убиваем. – Зато путников в чащу заманиваете. Скольких мертвянки задрали? Скольких утопил тот же речной страж? – Волка, что зайца от голода съел, ты тоже винишь? Что ж ему, от сути своей, по рождению данной, отказаться? Она уперлась в его грудь, но Рьян не разомкнул объятий. Только сильнее прижал. Пощекотал дыханием кожу возле ключицы. – Вот и ты тоже. – Я тебе обиды не чинила. – Нет. Ты хуже сделала. Той, что меня прокляла, я уже не доверял. А тебе… Ты заставила меня обратиться. Ведьма прильнула к его плечу и со всей силы укусила. Рьян зашипел, наглаживая больное место. – За что?! – А ты меня за что винишь?! Волк виновен, что он волк? Я виновна, что частью леса уродилась? Я не чинила тебе обиды! Так за что?.. – За что? – Он поймал ее за подбородок и заставил вглядеться в колдовской шрам. – Видишь? Видишь? Смотри! Пятно все больше. С каждым оборотом, каждый раз, когда проклятье берет верх, оно растет! Пятно и верно занимало уже не щеку от глаза до подбородка, оно теперь закрывало всю половину лица. От середины лба и почти до шеи – сплошь уродливый ожог, малость схожий формой с ладонью. – И что с того? – Сама не понимаешь?! От его взгляда кто угодно втянул бы голову в плечи. Кто угодно, но не Йага. Эта выстояла, как так и надо. – А ты скажи, я и пойму. Мысли читать не обучена. – Это ты так говоришь. На деле кто знает, – фыркнул Рьян. – Ты думала, мое проклятье – в зверя обращаться?! Тоже мне беда!И похуже видали. Мое проклятье – не обращаться в зверя, а становиться им. Его разум… или безумие… оно сильнее. Оно застилает меня, топит в темноте. Медведь становится главным, а я себя забываю. |