Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
– И эта еще издевается! Прутик дала! Тьфу! Хотелось зашвырнуть его подальше со злости. Рьян хлестнул веткой воздух, представляя, как учит уму-разуму вредных баб, и едва не упал навзничь. Прут ожил да так рванул его в сторону, что попробуй удержись! – Ах ты погань колдовская! Молодец вцепился в хворостину двумя руками – не выронить бы! А та все тянула в колючиезаросли шиповника. Шагнешь не в том направлении – извивается и жалит, ровно змея! – Да что ты?! Я только обойду! Но обойти прут тоже не давал – вел в самые колючки. – Стой ты! Стой, скотина упрямая! Ветка оплела запястье и уколола нежную кожу у локтя. Рьян зашипел, принялся растирать больное место, а прут – прыг! – и уже на земле! Ползет, точно живой, меж сухих трав, тревожит рыжие листья! Тут уже колючки – не колючки, не потерять бы из виду! Рьян с треском ломанулся в заросли. Бегал он хорошо, но поди поспей за ведьмовским оберегом. Тут уже не уследишь, куда ступаешь и чем пачкаешься. Вспугнутая шумом лосиха проводила молодца задумчивым взглядом, он и удивиться не успел. Так и вывалился из кустов. Потный, грязный, тяжело дышащий, злой, как шатун! Каблуком втоптал мигом ставший безжизненным прут в грязь. Однако ж к роднику вышел. И право слово, если и варить зелья на какой водице, так только на такой! Чистейшей, переливающейся, словно на дворе жаркое лето, а на небе ни облачка. Источник брал начало в поросших мхом валунах, оглаживал их изгибы и с веселым звоном падал вниз, в каменную чашу, как в подставленные ладони. Рьян замер, не решаясь приблизиться к чудесному месту – едва ведро из рук не выпало. Впрочем, восхищения хватило ненадолго. Сбросив наваждение, он вспрыгнул на ближайший камень, прошелся по нему и наклонился напиться. Умылся, довольно крякая, а когда отнял ладони от лица, понял, что не один отыскал родник. Напротив сидела девка. Да как сидела! Рубашонка мокрая все тело облепила – видать каждый изгиб, каждую складочку. Девка запрокинула голову, показывая шею, провела ногтем по ключице. – Извиняй, славница, что помешал. Водицы наберу и пойду. Рьян не смутился и не покраснел. Видал он девок. И одетых, и голых. И таких вот, призывно грудями покачивающих, на локти откидывающихся, видал тоже. Обыкновенно, правда, не спешил с ними распрощаться. – Что ж ты стоишь, молодец? Неужто я не хороша? Рьян с сожалением цокнул: – Хороша, хороша. Не обессудь, не до тебя нынче. И только подставил ведро источнику, как девка вдруг завизжала и кинулась на него. Проклятый не удержался на скользком, упал, выронив ведерко. Полетели брызги. И кто бы знал, что хиленький родничок так глубок! Вроде ручей ручьем, а молодца целиком укрыл! Девка мигом запрыгнула на него верхом ипридавила грудь: – А коли хороша, то ты тут со мною и останешься! Острые ногти прорезали рубашку, вода исказила лик. Теперь не красавица приманивала Рьяна, а бледная тетка с перекошенным зубастым ртом топила его. Ледяная водица сковала руки-ноги, вместо воздуха в нос полилась погибель. Но и Рьян не первый день на свете жил. Всю силу духа приложил, чтобы не дать себе трепыхаться. Замер, расслабился. Девка ослабила хватку, а он – ап! – и высвободился. Но вылезти из родника нечисть ему не дала. Пальцы ее скрючились, шея вытянулась, глаза замерли, как у рыбы дохлой. Так она и пошла на него – мертвянка. |