Онлайн книга «Йага. Колдовская невеста»
|
Мальчишка тоже тянулся к ней. Вместе они читали враки про морских разбойников, и Рьян, а северянин звался Рьяном, раз за разом объяснял, что написано неправильно, а на деле все так-то и так-то. Вместе убегали от нянек и лазали по деревьям в саду, добывая сливы, которые, правду сказать, и без того принадлежали Злотке, но добытые были вкуснее. Локоть к локтю они сидели на пирах, а ночами, если случались безоблачные, выбирались на крышу терема, и Рьян взахлеб рассказывал сестре, что в его краях звезды иные и что корабли всегда находят по ним путь домой. В одну из таких ночей и случилось несчастье. Рьян лежал, заложив одну руку за голову, а второй проводя незримую черту между серебряными огоньками в небе. Злотка же устала сидеть, обняв колени, и вытянулась рядом, прильнула к груди. – Когда-нибудь мы сбежим отсюда. Ты будешь глядеть по звездам дорогу, а я править кораблем, – сказала она. Северянин обидно фыркнул: – Вот еще! Кораблем буду править я! – А я? – А тебя за борт кину, чтоб не мешала! – рассмеялся он. Злотка ударила кулачком в тощее мальчишеское плечо. – Я сама тебя кину! – Куда тебе! Он с легкостью перехватил запястье, Злотка ударила второй рукой, но и ее северянин остановил. И тогда она подалась к нему всем телом и прильнула к губам. Рьян шарахнулся. Брезгливо плюнул, вытерся рукавом. – Ты что?! Злотка же снова подтянула колени к груди. – Отец мне жениха ищет. А я не хочу жениха. Я хочу тебя… А было им тогда по пятнадцать зим. Прошел не год и не два, как Рьян пытался отвернуть сестру от преступной страсти. Добром просил, нарочно тискал при ней служанок, на месяцы покидал терем вместе с ненавистным Малом. Но любовь Злотки лишь крепла. И, как водится, довела до беды. В доме Мала Рьян все ж больше считался гостем, чем невольником. Его не шибко любили, но и не держали в кандалах. Северянин ходил куда вздумается, и подавно никто не думал запирать его опочивальню на засов. А лучше б запирали, право слово! На тридцать три замка, да еще и злого пса сажали рядом! Потому что однажды, когда весь терем уснул, Злотка пробралась в его опочивальню. Сложно ли спящего молодца приласкать? То-то и оно. Злотка приподняла рубашонку, села верхом и склонилась к его губам. Не разобравшись, где сон, где явь, Рьян сначала ответил, обернул девку на спину: мало ли, одна из служанок заглянула? И потом только увидал, кого целует. Ох и орал он тогда! Последними словами обзывал девку, а та сидела в углу, растрепанная, полуголая, и ногтями раздирала себе щеки. Когда же на крик сбежались люди, никто не посмел заподозрить невинную девицу. Другое дело северянин, рожденный от врага, злым ветром в Срединные земли принесенный… Словом, дальше у Рьяна стала не жизнь, а каторга. Но этого мстительной девке показалось мало. Стать отца проявилась в ней. Глядела гордо, приказывала корот ко, а уж как строга становилась… И все устраивала так, чтобы северянину свет белый стал не мил. А однажды велела привести его в свои покои. Да наказала, мол, если не пойдет добром, тащите волоком. Так и случилось. Парни, что обыкновенно хранили вход в терем, хохоча, приволокли Рьяна и бросили к ногам княженки. Та махнула, мол, оставьте нас. Сторожа-то были упреждены и оставлять Злотку с северной тварью не желали, но как тут ослушаешься? А когда они покинули покои, Злотка задвинула засов. |