Книга Гори, гори, моя любовь, страница 95 – Таня Кель, Ханна Леншер

Глубокий вдох. Я сел. Потёр глаза и посмотрел на нетерпеливого Себастьяна.

– Я их нашёл, – почти не дыша, сказал он. – Вот… смотри. Здесь всё сходится.

Брат сунул мне бумажку. Там имена. Коннор и Фиона Келли. Родители, у которых украли детей, когда тем было три и годик.

– Их дети. Это же наши даты рождения. Точно мы. Надо ехать.

Возбуждение Себастьяна передалось и мне.

– Собираемся.

За завтраком мы обсудили всё. Даже если это окажутся не они, мы не остановимся, будем искать. Почему-то мы с Себастьяном были уверены, что родители не могли нас бросить.

До города добрались без происшествий. Пришлось его пересечь и выехать в пригород.

И вот мы уже стояли перед покосившейся избушкой.

Себастьян ошалело смотрел на ворота. Кажется, он сильно переживал. Да и я волновался.

Вивиан взяла его за руку, сжала её. Мою же – никто не держал. И я чувствовал пустоту.

– Пойдём? – потянула она брата.

Мы оказались в саду.

Из дверей вышла уставшая женщина с тазиком белья. Удивлённо на нас уставилась.

Сердце бешено застучало. Я будто забыл слова.

Она так похожа…

Глаза, хоть и потеряли блеск, но…

Женщина продолжала смотреть. Её взгляд менялся с каждой секундой. С удивлённо-злобного, до испуганного.

Тазик упал к ногам.

– Вы… – вымолвила она.

– Фиона Келли – это вы? – спросила Вивиан.

Женщина неуверенно кивнула.

Тогда девушка протянула ей листок.

– Здесь написано, что у вас похитили сыновей много лет назад.

– Да, – почти шептала женщина, а потом прижала ладошку к губам и глаза наполнились слезами.

– Мама! – не выдержал первым Себастьян и кинулся к ней.

Они рыдали и обнимались, не могли говорить из-за всхлипов. Я же стоял, не двигался. Не мог в это поверить.

– Что здесь происходит?

Из дома вышел старик. Морщины скрывали лицо, но черты… Я был похож на него.

– Коннор! Боги… Это… Коннор. Наши мальчики… Мы нашли их!

Мужчина тоже смотрел на нас, сначала не понимал. Несколько мгновений вглядывался в наши черты. А потом его лицо покраснело, плечи затряслись. Он пытался дышать. Рваным жестом стряхивал набегающие слёзы.

Раскрыл руки. Я подошёл.

Впервые чувствовал родные объятия. По телу пробегала дрожь, тепло, радость. Всё это мешалось в какой-то дикой эйфории. Даже не верилось.

Клубок из наших тел переплёлся. Мы обнимали друг друга, не могли говорить, от накатывающих и непрекращающихся слёз.

Мы нашли их. Они всегда были здесь. А голос. Мамин голос. Именно его я слышал во сне. Помнил этот тембр.

Ещё долго мы стояли, приходили в себя. А потом зашли внутрь.

Обстановка в доме ветхая. После нашего похищения у родителей больше не было детей. Поэтому им приходилось рассчитывать только на себя.

– Мы построим дом. Скоро. В ущелье. Вы будете жить с нами.

Себастьян не отпускал руки матери, а я наполнялся новыми ощущениями. Пытался прислушаться к себе.

Всё происходило словно во сне. Такого просто не могло случиться. Я думал, мы будем ещё годами искать родителей. Так и не найдём и успокоимся, приняв тот факт, что нас просто сдали в приют.

Но нет. Вот они. Живые, здоровые… и такие тёплые.

– Мама.

Я никогда не говорил этого слова. Для меня оно звучало чужим, но отчаянно хотелось привыкнуть к нему.

Взгляд перешёл на мужчину.

– Отец, – прошептал я.

Мы сидели в каком-то оцепенении, не знали, что сказать. Рассматривали друг друга.

Вивиан метнулась делать всем чай.