Книга Апрель для Октября, страница 57 – Лина Деева

— А если сумеет? — мессир Велиал подался вперёд, и голос его обрёл бархатную вкрадчивость. — А если Апокалипсис ближе, чем мы думаем? Не опасно ли тогда спускать предательство с рук?

— Вовсе нет, — от чувства опасности у Дина встали дыбом волоски на загривке, однако сохранять хотя бы внешнюю невозмутимость у него ещё получалось. — Если предательство из потенциального станет реальным, мы получим ценнейшего дезинформатора Рая.

— Разумно, — адский король откинулся на спинку стула. — Но я всё-таки считаю, что показательно суровое наказание принесёт больше пользы.

Дин вопросительно посмотрел на него, и, сделав небрежный жест, мессир Велиал расшифровал:

— Коцит.

Это было слишком. Даже для известного своей жестокостью высшего демона.

— Мессир, но ведь по факту предательства не было, —Дин знал, что смертельно рискует, однако пойти против справедливости не мог. — Белинду можно перевести в низшие духи или сослать куда-нибудь в Стигийские топи — вот наказание, соразмеренное с её виной. А не вечный лёд Девятого круга.

Красивое лицо адского короля превратилось в маску, из чьих глазниц на Дина глянул мертвящий холод языческого Хельхейма.

— Я вас услышал, господин Судья. Благодарю за компанию и не смею более вас задерживать.

Участь несчастной глупышки Белинды была решена. И хотя Дин, будучи статистом в планах мессира Велиала, вряд ли мог это изменить, на его плечи всё равно лёг груз вины.

Только Ад есть Ад, и раз уж призыв к справедливости пропал втуне, взывать к милосердию тем более бессмысленно. Поэтому Дин встал из-за столика, молча поклонился адскому королю и, наплевав на конспирацию, исчез в портале.

Как и ожидалось, Лион ждал его в замке.

— Не знаю, почему ты принимаешь участие в этой идиотке, — не тратя времени на приветствия, начал Дин, — но твой патрон вознамерился показательно отправить её под лёд Коцита.

И без того нехарактерно серьёзный приятель спал с лица и, не сказав ни слова, выбежал из гостиной, где дожидался появления хозяина.

— Бесполезно, — прокомментировал Дин и грузно опустился в кресло. Щёлкнул пальцами, вызывая слугу, и приказал соткавшемуся из воздуха духу: — Бутылку «Грэхема».

Спустя полминуты на чайном столике уже стояли тёмная пузатая бутыль и бокал-«тюльпан», но погружённый в себя Дин не обратил на это внимания. Он сосредоточенно вспоминал всё, что знал о Белинде, — как оказалось, не так уж много. Вроде бы она была из херувимов, вроде бы позавидовала одной из подруг, что Бог якобы уделяет той больше внимания. Попыталась её подставить, но обман раскрылся, и в результате в огонь Геены полетела сама интриганка. Но почему она попала к мессиру Велиалу, а не к повелевающему обманщиками мессиру Сатане? И причём здесь Лион? Дин припомнил, что именно приятель в своё время уговорил его пойти на церемонию посвящения новенькой Падшей.

«Неужели здесь замешаны чувства? Нет, чушь, влюблённый Лион — оксюморон похлеще милосердного Велиала».

Впрочем, какая теперь разница? Девицу ждал Коцит, и у Дина никак не исчезало ощущение, будто в этом была и его вина.

«Но ведь будет ещё суд. Несмотря на вассалитет Белинды, мессир Велиал не может решить вопрос о казни без публичной церемонии. Возможно, мне всё-таки удастся смягчить участь этой дурочки. Ради собственного спокойствия».