Книга Сокровище для царевны, страница 67 – Милада Гиенко

— Твоё видение — ложь, я не убил бы тебя.

— Почему? — допытывалась Гвен.

Дарай смотрел на неё сверху вниз, совершенно не чувствуя ничего, что по его мнению он должен был бы ощущать по отношению к врагу.

Белокурая девушка явилась одна к чужой армии. Смелый поступок граничащий с глупостью. Хотя, очевидно, что где-то неподалеку притаился тот золотой дракон, готовый в любую секунду сорваться на помощь наезднице. Она утверждает, что переживала за себя, за то, что Дарай убьет ее. И именно поэтому сунулась сама к кхидеям, когда здесь ему проще простого перерезать ей горло? Нет, здесь что-то другое, она видела нечто ещё.

Повелитель уже хотел надавить на Гвен, заставить сказать ему правду, но под взглядом бирюзовых глаз вдруг произнёс совершенно другое:

— Ты помогла мне когда-то, за это я оставил бы тебе жизнь.

— Но отнял бы тысячи других, с обеих сторон! — возмутилась девушка. В глубине души она верила этому мужчине. Очень сильно хотела верить, но в то же время понимала, что ни разу видения не обманывали ее.

— Это война, Гвен! — рыкнул в ответ Дарай. — Солдаты знают на что они идут, их смысл жизни — сражение.

Гвендолин поджала губы, не зная какой аргумент привести. В этом споре она заняла заведомо проигрышную позицию. У девушки не было ни боевого опыта (если не считать за таковой подглядывания за тренировками отца и брата), не было и полномочий принимать какие-то политические решения.

Молчание затягивалось. Гвен старательно соображала, как же она ещё может повлиять на решение Дарая, а он в свою очередь склонил голову набок и рассматривал нежданную гостью.

Гвендолин совершенно не походила на Оливию. Белокурую царевну абсолютно не волновал испачканный и порванный подол дорогого платья, она не подбирала слова, не сдерживала свои эмоции и смотрела прямо, с вызовом, как в тот первый раз. Только тогда взгляд незнакомки удивил и возмутил Дарая, а сейчас вызывал лишь улыбку, которую Повелитель старательно давил, заставляя себя продолжать серьезный разговор. Мысли отчего-то превратились в кузнечиков и прыгали с темы на тему, не позволяя сосредоточиться на какой-то одной.

Гвен злила Дарая. Точнее, сначала ему показалось, что причиной злости является девушка, но в конце концов пришлосьпризнаться себе, что злит его совершенно иное: он отчаянно захотел к ней прикоснуться, хотя бы просто пропустить белые локоны сквозь пальцы. Но сам себе запрещал это делать, не хотел испугать или навредить.

— Откуда ты знаешь о сокровищах? — задала вопрос Гвендолин, выдергивая Повелителя из размышлений. — Ты тоже… — девушка не смогла правильно сформулировать вопрос, но мужчина понял ее и кивнул. Потом молча указал на кинжал, а в следующее мгновение достал его из ножен и, ловко прокрутив в руке, протянул девушке рукоятью вперёд:

— Сможешь увидеть какую способность он дарует?

Несколько секунд Гвен растерянно смотрела на красивое оружие, по лезвию и рукояти которого струились странные незнакомые символы, напоминающие древние письмена, и только потом вышла из ступора, принимая кинжал. Пальцы Дарая якобы невзначай легко скользнули по руке Гвендолин и она вздрогнула от неожиданности, но касание быстро закончилось. Гвен даже словила себя на постыдной мысли, что сожалеет о том, что это было всего лишь случайное соприкосновение, но скорее отогнала ее прочь. Хотя отметила, что кожа на подушечках пальцев у Повелителя шершавая, как у большинства воинов.