Книга Замуж на дальнюю заставу, страница 16 – Милада Гиенко

— Не знаю. Мне никогда не приходило в голову отнести их оценщику. Но они очень красивые, золотые с бриллиантами. Древние, в наследство от матери достались.

Похитители переглянулись, а потом снова уставились на девушку:

— А ты вообще кто?

— Была дочерью волостного в Дольском княжестве, — поежилась Найрин под напряженными взглядами.

— Волостного? — изумился третий, подаваясь вперед. — Вроде ж боярин приходил.

— А почему была? Сейчас-то ты кем являешься? — подозрительно уточнил второй, прищурив левый глаз.

— Княжной Фольской, получается, — тихо выдохнула девушка, не зная какой реакции ожидать.

Мужчины опешили. Ошарашено выпучив глаза, они переглянулись и третий спросил с надеждой в охрипшем голосе:

— А мужа твоего как звать? Магнус?

— Нет, — мотнула головой Найрин, словами вколачивая гвозди в гроб беспечности похитителей. — Эйнар.

— Неужели монстр женился? — отрешенно вопросил первый, а вторым овладевала паника:

— Только не говори, что это он с тобой на поляне был!

Найрин подумала и промолчала. Похититель взвыл, схватившись за голову, но больше ничего сказать не успел.

Дверь содрогнулась от удара. Присутствующие притихли, вообще не понимая как эта конструкция выдержала, но быстро придя в себя двое мужчин кинулись к Найрин. Она взвизгнула, не сразу сообразив, что они принялись скорее ее развязывать. А от второго удара деревянная дверь одновременно разломилась и слетела с петель. Эйнар шагнул в землянку, пригнувшись, ему тут явно было маловато места. Похитители оглянулись на маленькие окошка, с сожалением понимая, что через них не убегут, и бухнулись на колени, затараторив:

— Простите, княжич, нечистый попутал, не знали мы, что это жена ваша.

Найрин, освобожденная от верёвок, вскочила с места, растирая запястья и подбежала к Эйнару, смотря на него с восхищением:

— Ты что, пришёл за мной?

— Ну да, — мужчина даже растерялся от такого странного вопроса. Похитители тоже удивленно притихли. И только Найрин в порыве чувств рьяно обняла спасителя, но быстро отстранилась, поясняя:

— А я уже думала, чтоты так от меня избавиться решил.

Эйнар посмотрел на жену как на сумасшедшую, но все произнёс:

— Я бы выбрал более расторопных наемников. — затем он обернулся к отползающим на карачках мужчинам. — Вас кто подослал?!

— Мы… не знаем, — замялись они. — Мужик какой-то. Обещал заплатить много. Он не сказал, что похитить надо княжну. Сказал, что дочку его охранник соблазнил и увез, просил вернуть. Мы думали…

— Нари, выйди, — вздохнул Эйнар, перебив попеременно оправдывающихся горе похитителей. — А вам сейчас думать станет нечем.

— А может не надо? — сжалилась Найрин. Ей стало вдруг так жалко этих мужчин напуганных ее мужем. Эйнар снова перевёл на неё вопросительный взгляд, а наемники с пола вторили:

— Не надо, не надо, мы так больше не будем.

— Будут, — глядя в глаза жене, четко и громко опроверг слова похитителей княжич. Но под сочувствующим взглядом жены смягчился: — Выйди, я просто поговорю с ними.

Найрин надулась, но все же послушалась. Испуг от похищения прошел еще на этапе разговора с наемниками, уже тогда она спокойно прикидывала в уме, что может предложить им взамен свободы. Выходило, что только мамин гарнитур: бриллиантовая подвеска, сережки и кольцо. Это самое дорогое, что у неё было, и Найрин берегла украшения, даже ни разу их не надев, но она знала, что ее жизнь и свобода стоят намного дороже любой вещи. А память о матери будет жива все время, пока живет сама Найрин.