Книга Темные секреты драконов. Обещания, страница 75 – Ника Ёрш

К нашему появлению Марка уже впустили в дом. Остальных на пороге ждал мужчина высокого роста. Он имел среднее телосложение, невзрачную внешность и был одет в потертый домашний костюм. Лысый, кареглазый, немного напуганный.

— Добро пожаловать, — сказал мужчина, едва двигая пересохшими губами. — Я — хозяин этого дома. Гарт Ритт. Это мы с женой…

— Да-да, — кивнула я, едва не снеся мужчину с пути. — Сейчас все нам расскажете. Но сначала позвольте согреться. У меня тут ценные специалисты на грани простуды.

— О, конечно! — тут же согласился гер Ритт, указывая на нишу с кучей домашних тапок. — Переобувайтесь и прошу в дом. Обувь можно будет просушить у камина.

Спустя какое-то время мы все расселись в небольшой гостиной. По уюту и чистоте она сильно уступала той, что содержала Беарта Ривз. Здесь мебель была новее, но выглядела более изношенной и неухоженной. Плотные гардины смотрелись засаленными. В громоздком серванте стояла плохо промытая посуда, часть из которой быласо сколами.

Пока суетливая миниатюрная гера Ритт накрывала на стол, я рассмотрела несколько чашек, солонку и сливочник, гадая, могли ли они быть частью старинных родовых сервизов, из которых мечтал есть гер Ритт во время приступов. Увы, не нашла ничего даже близко похожего.

— Давно вы здесь живете? — спросила я у хозяйки дома, когда та закончила с приготовлениями и присела напротив, вытирая руки о замусоленный передник.

— Очень, — кивнула она, сверкая голубыми глазами. — И ремонтов никаких не делали. Я уже все рассказывала полисмагам. Как въехали. так ничего и не трогали. Хотя надо было бы… — Она зыркнула в сторону притихшего мужа, и тот устало фыркнул, передергивая плечами.

На вид женщине было чуть больше тридцати. И это с учетом того, что ее дочь заканчивала училище. Собранные в тугой пучок ярко-рыжие волосы были идеально окрашены, но все же у корней едва заметно проглядывала седина. Морщин на лице геры Ритт почти не наблюдалось. Бедное ситцевое платье придавало ей возраста, но не могло скрыть хорошей фигуры.

У простой женщины, живущей так скромно, как нам пытались представить, вряд ли нашлись бы средства на столь хороший уход за собой.

Я посмотрела на руки хозяйки дома: идеально белые и гладкие. На двух пальцах оставались едва заметные белесые полосы от снятых колец.

На стол гера Ритт подала бутерброды с сыром и ветчиной. По кружкам разлила крутой кипяток и поставила в центре чайник с заваркой.

— Сахара нет, извините, — вздохнула, заметив, как Марк схватил ложку и осматривает стол. — Но могу открыть варенье. У нас в погребке осталось кое-что с зимы.

— Конечно, открывайте, — не стал скромничать рыжий растущий организм. — Варенье нужно есть, а не хранить. Несите малиновое, если найдете. Оно отлично помогает от простуды.

— Молодежь, — посетовала я.

— Да уж, — с нотками нескрываемого недовольства отозвался хозяин дома.

— Скажите, — тут же уточнила у него я, — часто у вас здесь такая ужасная погода, что приходится добираться, испортив лучшие полусапожки, промочив кашемировое пальто и расплатившись здоровьем?

— Весной всегда так, — растерялся гер Ритт. — Это ж вам не город.

— Не город. Факт. Поэтому все и отказываются ехать сюда с помощью, — кивнула я. — В такую-то даль. Хорошо, что у нас в академии девиз: “Не проходите мимочужой беды!”